Эпохи Александра III и Николая II

18 июля 1914 г. в России была объявлена мобилизация; на следующий день Германия объявила России войну, а Франция – мобилизацию. 21 июля Германия объявила войну Франции, 6 августа Австро-Венгрия объявила войну России, и в тот же день Англия объявила войну Германии. Началась Великая война.

К тому моменту 9-й гренадерский Сибирский полк квартировал в казармах на окраине города Владимир (Московский военный округ). В ночь на 18 июля было получено распоряжение о приведении в готовность полка. К 8 утра были собраны в канцелярии полка все должностные лица, которые должны были принимать ответственное участие в мобилизационных работах. Все исполнители, получив свои папки, тотчас приступили к приведению в готовность частей полка.

Согласно варианта стратегического развертывания «А» (Австрия), 5-я армия генерала П.А. Плеве в составе четырех корпусов (XXV, XIX, V и XVII) и пяти кавалерийских дивизий сосредотачивалась в районе Холм – Ковель. Полк под командованием полковника В.Н. Токарева в составе 1-й бригады генерал-майора М.В. Хартулари 3-й гренадерской дивизии генерал-лейтенанта Ф.Н. Добрышина XXV армейского корпуса генерала от инфантерии Д.П. Зуева должен был сосредоточиться в районе г. Холм.

Согласно ведомости готовности, полк должен был приготовиться к походу в течение пяти дней. Задача была выполнена в срок, за исключением окончательной пригонки обмундирования и снаряжения на людей (особенно запасных), передачи имущества в запасный батальон и проч. На 11-й день мобилизации со знаменем, сопровождаемый хором музыки, первый батальон полка выдвинулся из казарм к вокзалу, окруженный многотысячными толпами горожан, а равно жителей соседних селений. Самая посадка в вагоны и отправление последовали в назначенный для того срок и при громких криках «ура». 28 июля поезд с первым эшелоном отошел по назначению. Движение эшелонов со станции Владимир и дальнейшее их следование на станцию Брест-Литовск совершалось в дни и часы, указанные планами перевозки.

3-я гренадерская дивизия в установленные сроки сосредоточилась в заданном районе. Начальник дивизии генерал-майор Ф.Н. Добрышин докладывал генералу Зуеву:

«1 августа сего года в 6 часов вечера прибыл с первым эшелоном штаба 3-й гренадерской дивизии на ст. Холм. Второй и третий эшелоны подошли 2 и 3 августа. Прибыв в Холм, я застал сосредоточенными: 9-й гренадерский Сибирский, 11-й гренадерский Фанагорийский и 12-й гренадерский Астраханский полки. Батарея 3-й гренадерской артиллерийской бригады начала подходить 2 августа, к 4 августа собралась вся дивизия».

Командир 9-го гренадерского Сибирского полка получил приказание приступить к укреплению позиции близ Холма по указанию корпусного инженера.

В директиве от 2 августа 1914 года командармы получили распоряжение, что, по высочайше утвержденным указаниям, на армии Юго-Западного фронта было возложено нанесение поражения австро-венгерским войскам, чтобы воспрепятствовать отходу значительных сил противника на юг, за Днестр, и на запад, за Краков. 5-я армия, наступая на фронт Мосциска – Львов, должна была атаковать находящегося против нее неприятеля. Начало наступления планировалось на 10 августа. В свою очередь, австрийское командование, претворяя в жизнь свой план вторжения в Польшу, направило 4-ю армию в общем направлении на Холм.

9-й Сибирский гренадерский полк со 2 по 5 августа занимался оборудованием позиций в районе Холма. Приказом по XXV армейскому корпусу № 12 от 6 августа силам 3-й гренадерской дивизии (16 батальонов, 48 орудий) была поставлена задача: с 6 по 8 августа 1914 г. продвинуться вперед и занять районы деревень Лесновицы – Риколупы – Яновка, выставив авангард к Старовесь и Войславице, и войти в связь с частями XIX армейского корпуса. 6 августа дивизия перешла на рубеж Вульча Краснобинская – посад Войславице. Сибирскому полку было приказано: занять место в левой колонне главных сил, выступить в 8.30 и следовать в деревню Роколупы, где и стать квартиро-биваком. Уже к первому часу дня полк прибыл к месту назначения, расположившись в деревнях Яновка, Политовка и Лесновице. С 7 по 9 августа полк оставался на месте, а 10-го числа начал движение к Чарторые. Полк на походе двигался в составе главных сил, а по окончании перехода должен был следовать авангардом и выставить на опушке леса южнее фольварка Чарторыя сторожевое охранение. Этот населенный пункт оказался деревенькой из 10–12 дворов на поляне, окруженной со всех сторон сплошным лесом. Этими благоприятными условиями воспользовалась неприятельская конница (14-й драгунский полк), которая, разместившись в окрестных лесах мелкими партиями, начала с вечера тревожить не только охранение, но и главные силы авангарда.

Утром 11 августа полк начал движение в составе левой колонны дивизии на юг – на деревню Зубовице, имея впереди себя в авангарде 3-й батальон под начальством подполковника Антонова. Около 11 часов полурота 14-й роты, находясь в головной заставе, у деревни Дуб наткнулась на сильный неприятельский кавалерийский разъезд.

«Рассыпав полуроту в цепь и двинувшись в деревню, разъезд этот был частью уничтожен, частью взят в плен и частью рассеян. Здесь же был убит австрийский офицер, видимо, начальник этого разъезда. Офицер был осмотрен нашим кавалерийским разъездом. В полуроте потерь не было»

– сообщалось в рапорте командира 14-й роты штабс-капитана Чернышева.

В бою отличились подпоручик Чернявскому и подпрапорщики Конурин и Савицкий, которые своей смелостью и упорством, несмотря на частый огонь противника, безостановочно шли и на него. Противник, видя столь быстрое движение, не выдержал и рассеялся.

5-я армия продвигалась в общем направлении на рубеж Перемышль – Львов, причем правым, XXV корпусом – на Томашев. К 10 и 11 августа ее части заняли рубеж Избица – Грабовец – Пересоловице – Бортнов – Яковичи. 13 августа правое крыло армии (XXV и XIX корпуса) столкнулось с наступавшим левым крылом 4-й австрийской армии Ауфенберга (II корпус), который накануне принял решение нанести двойной охватывающий удар по русским войскам. Этим столкновением начался целый ряд боев, носящих название Томашевской операции.

Вечером 12 августа 1914 года 9-й гренадерский Сибирский полк встал на ночлег в Волице Бржозовой. На следующий день был сделан переход к деревне Лабуньки, а затем к деревне Замостье. На следующий день, не имея точных данных о противнике, полк в составе общей колонны главных сил всей дивизии двинулся по шоссе к городу Замостье. В авангарде двигался 10-й гренадерский Малороссийский полк, следом за ним – главные силы дивизии. В голове их шел 9-й гренадерский Сибирский полк с двумя**батареями, взводом казаков и ротой саперов. Около 14.30, когда полк стоял в походной колонне на шоссе около деревни Плоское, к командиру полка подъехал казак с запиской от начальника дивизии, в которой, после указания расположения ближайших групп противника было приказано немедленно двигаться вперед и произвести развертывание на рубеж деревень Конты – Неделиски и продолжать движение к высоте, занятой неприятельской батареей.

После доразведки местности, в 17.45 4-й батальон поротно и двинулся в указанном направлении. Роты наступали в следующем порядке: 13-я рота, имея впереди цепь разведчиков под командой подпоручика Сутаринена, наступала на восточную окраину леса, что к востоку от леса; 14, 15-я и 16-я наступали левее 13-й роты в общем порядке. В 16.00 с обеих сторон был открыт огонь.

Лесной бой

После быстрого и хаотичного лесного боя австрийцы отступили, а гренадеры достигли западной опушки леса, где увидели перед собой неприятельские стрелковые окопы, из которых велся сильный ружейный огонь. Наши цепи, не прекращая огня, стали окапываться. При этом управление ротами нарушилось из-за потери связи, а огонь австрийского пулемета с фланга вызвал панику у части солдат, бежавших в тыл. Это вызвало резкое падение боевого духа и перемешивание людей из разных рот. Командир 5-й роты 9-го гренадерского Сибирского полка капитан Аермонский так описывал эти события в своем рапорте:****

«Доношу, что при наступлении 13 августа 2-му батальону приказано было наступать за 3-м батальоном, 5-й роте держаться правее 12-й роты, на дома от сгоревшей деревни Конты. Направление– по 5-й роте. Войдя в лес, 3-й батальон постепенно отошел влево. Пройдя половину леса, рота натолкнулась на австрийцев, которых стремительными штыковыми ударами выгнала из леса, и далее дошли до горевшей деревни Конты, но здесь, благодаря сильному огню, пришлось отступить в лес. Так продолжалось 3 раза. Произведя разведку, я решил занять северную часть опушки рощи против окопов австрийцев. Люди в роще перемешались, тут были [бойцы] и 3-го батальона, и даже 1-го. Офицеров не было никого, за исключением подпоручиков Федорова и Нишенко. Протяжение цепи было шагов 600–800. Разделив позицию на участки между означенными офицерами и подпрапорщиком вверенной мне роты Ивановым, я открыл пристрелку, причем окопы [противника] оказались от нас в 1100–1200 шагах. Позднее подошел младший офицер, кажется 4-го батальона, фамилии я его не знаю, правее нас появились наши пулеметы, которые открыли огонь. На этом месте австрийский ружейный и пулеметный огонь был очень силен, но потерь я никаких не нес.

Порядок постепенно наладился, как вдруг по цепи слева передают, что нас обходят слева, и затем левая половина цепи отступила в лес, а затем и вся цепь отступила. Только что мы отступили в лес и стали фронтом на дер. Конты, как по нам был открыт огонь с трех сторон – губительный ружейный, пулеметный, артиллерийский. Тут я был ранен в ногу ружейным огнем. Вместе со мной ранили, я видел, подпоручика Федорова и старшего унтер-офицера Балашева в грудь.

Сгоряча я, не чувствуя боли от раны, желая вывести людей из этого огня, приказал двигаться вперед, но, пробежав несколько шагов, упал без памяти и был вынесен из огня рядовым вверенной мне роты Барановым и гренадером 8-й роты, фамилии которого не помню. Гренадеры моей роты вынесли меня из лесу и отправили на фурманке в Замостье, в 11-й полевой госпиталь, где мне сделали перевязку».

Впрочем, австрийцы тоже действовали весьма хаотично: сначала предприняли атаку против левого фланга полка, отбитую огнем рот 4-го батальона, 3-й роты и 5-й батареи, стрелявшей картечью, а ближе к вечеру полностью очистили лес, оставив поле сражения. Тем временем выяснилось, что 2-й и 3-й батальоны под общей командой подполковника Антоновича закрепились в районе деревни Завады. После этого были выдвинуты далеко вперед к позициям противника секреты, за ними расположилась линия полевых караулов и, наконец, заставы на высоте деревни Завады. По приказу командира полка туда начали прибывать прочие части полка, и к 12 часам ночи состоялся полный сбор. В этом первом серьезном бою Великой войны 9-й гренадерский Сибирский полк потерял 199 человек, в том числе 72 убитыми и пропавшими без вести и 127 – ранеными.

Бой под Седлиской и отступление

До двух часов 14 августа ночи полк располагался на отдыхе у восточной окраины фольварка Завады, затем от временно командовавшего бригадой полковника Правоторова было получено словесное приказание: следовать к деревне Плоское. Оттянув назад выдвинутые к позициям противника передовые подразделения, в 3 часа ночи полк двинулся туда. Тотчас по прибытии на место было получено указание силами Сибирского и Малороссийского полков укрепить позиции на линии к западу от деревни Седлиска и господского двора Плоское, при этом сибирцам отводился правый фланг. С прибытием рот на свои участки началась постройка окопов. В такой работе прошло часа два, а между тем, на участке Малороссийского полка никаких работ не производилось, сам участок, господствовавший над позициями сибирцев, продолжал оставаться незанятым. В итоге полк оказался на позициях, расположенных в низине, охваченный со всех сторон командными высотами и с не прикрытым флангом. В тылу же находилась деревня Плоское и широкий, сильно заболоченный луг.

В десятом часу утра командир полка получил от начальника дивизии и командира бригады записку с приказанием, отойти на новую позицию ввиду обозначившегося флангового обхода неприятеля. Однако выполнить его не удалось, а около 11 часов началось наступление австрийцев, которое привело к паническому бегству всего Малороссийского полка. После этого высоты перед деревней Седлиска были заняты австрийскими цепями; вскоре там начали устанавливаться пулеметы, которыми был накрыт весь боевой порядок Сибирского полка на всем его протяжении. При попытке отвести в тыл артиллерийскую батарею, та была накрыта пулеметным огнем. После этого ближайшие к ней 15-я и 16-я роты полка впали в панику и начали отходить. Одновременно без приказа начал отход с позиции и 1-й батальон полка подполковника Рогойского. К нему присоединились части 2-го и 3-го батальонов, после чего отступление сделалось всеобщим.

В своем отчете отмечал:

«Некоторые высокодоблестные офицеры пытались организовать последовательный отход, приостанавливая людей на попутных позициях,

– отметил в своем отчете исполняющий обязанности командира 1-го батальона штабс-капитан Иловайский*.*

Но вообще сопротивление не было ни продолжительным, ни упорным. К счастью, противник не нажимал с фронта, а ограничился преследованием с фланга; главное, с чем приходилось считаться, – это физическое препятствие – болото, бывшее в тылу, перерезанное канавами с водой. Преследование, организованное нашим противником, было очень внушительно с внешней стороны: пулеметы переносные и ручные, пулеметы и орудия на автомобилях – все это было направлено на наши фланги в расчете, благодаря болоту, стянуть вокруг нас кольцо. Потери же наши от огня были весьма невелики, огонь пулеметов был слишком разбросанным, все с предельных дистанций, и неприятельская шрапнель, осыпавшая густые ряды гренадер, рвалась необычайно высоко и наносила лишь случайные поражения».

Большая часть полка направлялись к Ситанецу, остальная за малороссийцами – по шоссе к Красноставу.**Около двух часов дня противник прекратил преследование. Отступившие части (1, 2-й и 3-й батальоны сибирцев, два батальона малороссийцев и два батальона фанагорийцев) были оставлены для отдыха у деревни Ситанец. Насколько допускала обстановка, производились разделения смешавшихся людей по полкам, а затем в полках поротно. Однако пока усилия не давали желаемых результатов: неудачный исход боя, сильные впечатления, пережитые большинством солдат, преувеличенное представление о мощи противника – все это угнетающе действовало на сознание большинства. Лишь благодаря деятельному содействию капитана Веселкина, командовавшего малороссийцами, и капитана Осташкевича, командовавшего фанагорийцами, командиру Сибирского полка как старшему удалось не только сформировать походную колонну, но и несколько упорядочить движение войск, отходящих на Холм.

В тяжелых боях под Замостьем 13–14 августа 9-й гренадерский Сибирский полк потерял убитыми и ранеными много офицеров, в том числе подполковника Александра Говорова, капитана Александра Соллогуба, штабс-капитана Николая Щурова, капитана Евгения Селиванова и др. Пропал без вести командир 2-го батальона полка подполковник Александр Говоров.

После боя под Замостьем командующий 5-й армией генерал Плеве своим распоряжением отстранил от должности начальника 3-й гренадерской дивизии генерал-лейтенанта Ф.Н. Добрышина и назначил на его место командира 3-й гренадерской артиллерийской бригады генерал-майора Николая Илькевича.

15 августа 1914 года 9-й Сибирский гренадерский полк прибыл к господскому двору Угер. Затем в течение часть была перемещена в деревню Вулька Орловская, и вечером 17-го числа прибыла к колонии Сруб. Там гренадеры ожидали дальнейших распоряжений.

Тем временем 4-й австрийской армии в течение 16–17 августа удалось вклиниться между русскими XXV и XIX корпусами, отбросив XXV корпус за реку Вепржа и город Красностав и глубоко охватив правый фланг XIX корпуса. Генерал Плеве, недовольный отходом, приказал немедленно перейти в наступление и вновь овладеть Красноставом, а на следующий день отстранил от командования генерала Зуева, заменив его генералом Дмитрием Долговым. 5-й армии было указано отходить на рубеж Красностав – Войславице – Грубешов – Владимир-Волынский «для лучшего сосредоточения армии с целью общего перехода в наступление». Главные силы армии, все еще дравшиеся на Томашевском поле сражения, получили приказ прервать бой и начать отход на три перехода к северу.

18 августа 9-й гренадерский Сибирский полк оттянулся на север и к вечеру расположился на ночлег в деревне Холмец. На следующий день полк начал движение Красноставу, поступив в распоряжение начальника 70-й пехотной дивизии, которой в тот же день была поставлена задача овладеть городом**.**Поздно вечером 19-го числа пехотинцы сумели внезапной атакой овладеть мостом через Вепржу и лежавшим за ней Красноставом. 3-й батальон сибирцев последовал в город, но из-за возникших там неразберихи и беспорядка, вынужден был отойти обратно за реку.

К утру 20 августа неприятель предпринял неожиданное контрнаступление на город, обратив части 70-й пехотной дивизии в бегство. Полку со 2-м артиллерийским дивизионом 3-й гренадерской артиллерийской бригады было приказано составить арьергард и прикрыть отход. Задача была поручена 4-му батальону. 13-я рота, пройдя в разомкнутом строю предместье Гуры, заняла высоты к западу от этой деревни непосредственно перед мостом. Австрийцы сосредоточили по всей площади, занимаемой батальоном, сильнейший огонь двух батарей, а пехота пошла в атаку. Огнем 14-й роты продвижение противника было задержано. В это время части 70-й дивизии продолжали отходить под пулеметным огнем по мосту и на плотах. К 9 часам утра все части успели отойти. Сибирцы удерживали позицию до тех пор, пока отставшие от своих частей люди не переправились на другой берег*.* Подобрав всех раненых и отставших, арьергард стал отходить и около 7 часов вечера прибыл к деревне Веслувка, назначенной штабом 70-й дивизии для ночлега Сибирского полка и бывших при нем батарей.

Вечером 20 августа 1914 года командарм-5 приказал атаковать прорвавшегося в тыл противника силами двух корпусов, при этом ХХV корпус должен был вести наступление через Красностав на Горжков.

Поздно ночью на 22 августа Сибирский полк прибыл на ночлег к деревне Неменице. На следующий день после короткого боя с неприятельской колонной обозов и ее охранением в лесу к северу от этой деревни, полк получил приказ двигаться к Горжкову. Гренадеры преследовали отходящего неприятеля, периодически вступая в перестрелки с его арьергардами и отставшими подразделениями (в Чиста-Дембице и Жолневке). До 26 августа полк находился в Жолневке, затем начал наступление в район деревни Жабно. Впереди находились части 10-го гренадерского Малороссийского полка, продолжавшие преследовать отходившего противника. В ночь на 27 августа полк разбил бивак у восточной окраины Жабно.

27–28 августа полк, находясь в составе главных сил, продолжал оставаться у деревни Жабно, при этом снаряды неприятельских орудий, расположенных за посадом Туробиным, долетали до бивака. 28 августа прошло в усиленной подготовке к переходу через реку Пор. При подходе к этой водной преграде полк не принимал участия в боях, хотя движение от Жабно к району Туробин под сильнейшим шрапнельным огнем противника обошлось полку в 94 раненых и убитых нижних чинов и 1 контуженого офицера; кроме того, в тот же день были вызваны к Туробину и назначены в распоряжение временно командующего бригадой 2-й и 4-й батальоны полка, составлявшие левый боевой участок полка к западу от переправы от Туробина.

28 августа генерал Плеве приказал XXV корпусу закрепиться и окопаться на высотах у Туробина и Черненцина и ждать дальнейших приказаний. В этот день в 8 часов утра 9-й Сибирский гренадерский полк в составе колонны главных сил дивизии двинулся к переправе у Туробина, восстановленной нашими саперами после отхода противника с противоположного берега. Переправились через реку благополучно и без задержек, сибирцы выбрались на крутые выси, прилегавшие к реке, но, затем, с юга раздались отдаленные орудийные выстрелы, и затем через несколько мгновений последовали разрывы нескольких шрапнелей. Сомнений не было: противник хотя отошел от реки, но не ушел вовсе. Спустя некоторое время, когда обстановка начала понемногу проясняться, командир дивизии решил направить Сибирский полк на Загроды Малине, чтобы произвести давление на фланг, а если можно – то и на тыл неприятеля. Как только полк вытянулся из колонны, командир полка повел его флангом к противнику, прикрываясь высотами, на внутренних скатах которых расположились наши батареи. Неудачное движение дозоров, высланных от рот, сразу выдало как перемещение русских, так и его направление, и сюда немедленно понеслись шрапнели, к счастью, разрывавшиеся высоко.

К 29 августа 1914 г. в связи с тяжелым положением на фронтах армий генералов Рузского и Брусилова, главком дал указание командарму-5 направить войска в район Цешанув – Любачув, для окончательного разгрома неприятеля, стремящегося вернуть Львов. 3 сентября XXV корпус занял район Рожанец – Бабице. Директивой от 4 сентября 5-й армии было приказано: сбить противника с правого берега Сана, затем овладеть Пржеворском и Ярославом, а также перерезать дороги, ведущие из крупной крепости Перемышль.

9-й Сибирский гренадерский полк утром 30 августа вышел из деревни Катсудзы Горняя, вечером прибыл в деревню Гедвижин, затем в Раковку, 2 сентября – в Доброполь, 3 сентября – в Майдан Сенявский. 4 сентября во исполнение задания, поставленного командующим армией XXV корпусу, надлежало овладеть Сенявой. Наступление велось двумя колоннами: правая – 46-я дивизия и левая – 3-я гренадерская дивизия. Согласно указанию командира 3-й гренадерской дивизии генерала Владислава Боуфала, авангард в составе 2-го батальона 9-го гренадерского Сибирского полка, 3-й батареи 3-й гренадерской артиллерийской бригады, одного взвода 1-й роты 25-го саперного батальона и 10 казаков 15-го Донского казачьего полка, в 11 часов утра выступил из деревни Майдан Сенявский по маршруту Павлово – Крживе – Чарне – Добра. До высоты к востоку от деревни Добро движение авангарда совершалось беспрепятственно, но вскоре впереди оказалась мощная линия обороны, проходившая через деревню Тварда.

После дополнительной разведки, перегруппировки и занятия позиции артиллеристами, авангард смог преодолеть две линии завалов и к полуночи выйти передовыми ротами на расстояние 1200–1300 шагов от вражеских укреплений. В течение ночи части медленно переходили с одной позиции на другую, повсюду устраивая глубокие укрытия и ведя борьбу с неприятельскими разведчиками.

В 6 часов утра австрийцы предприняли вылазку к лесу севернее деревни Шерце (на левом фланге), но были отбиты перекрестным огнем. В 07.30 началась артподготовка, к которой спустя два часа подключилась тяжелая и мортирная артиллерия. В это время пехота медленно и осмотрительно наступала. Когда же охотники донесли, что австрийские артиллеристы убежали от орудий, все части решительно бросились к укреплениям и заняли их, устроив местами проходы в проволочных заграждениях – частью подручными средствами, частью ножницами. В занятых укреплениях частями авангарда было захвачено 16 пушек с передками и огромным количеством боевых припасов и другого разного рода имущества.

Устроившись на занятых неприятельских позициях, 1-й и 3-й батальоны под командованием подполковника Антоновича бросились преследовать отступавшего противника, находившегося всего в расстоянии около 1,5 верст. В обстреле противника ружейным огнем приняли участие 1, 2-я и 11-я роты. Пехота противника приостановилась, частью рассыпалась, а два орудия открыли огонь по ротам сибирцев. Когда колонна и обозы противника продвинулись дальше, то орудия снялись и быстро скрылись в лесах. Дальнейшее преследование было продолжено казаками. Этот успех обеспечил прорыв Сенявинских укреплений и дальнейший переход 5-й армии на левый берег реки Сан.

По окончании боя Сибирский полк, двигаясь в составе общей колонны дивизии, перешел от фольварка Тварды через Сеняву на ночлег в деревню Лезахов, где простоял 6–7 сентября.

В начале сентября 1914 года 9-й Сибирский гренадерский полк в составе дивизии участвовал в наступательном марше на Ярослав. 9 сентября колонна генерал-майора Илькевича, в состав которой входил полк, была направлена на шоссе Ярослав – Пржеворск в направлении на деревню Пелкине, а затем встал на отдых в деревне Мирочин. 11 сентября полк был в Гродзиско-Горне, 12 сентября – в Залезе, 14–16 сентября – в Глогуве и Липнице. Директивой фронта от 22 сентября XXV был корпус передан в состав 9-й армии генерала Лечицкого и временно был оставлен на участке реки Сан.

17 сентября была получена полевая записка из штаба дивизии о движении главных сил опять на север. В тот же день полк вошел в деревню Станы, затем – местечко Развадово, 22 сентября занял позицию у Брандвицкой переправы через Сан, а затем у деревни Брандвице. 25 сентября полк совершил переход в деревню Ставки, затем в составе дивизии перешел к деревне Майдан Домброва. После этого до конца месяца полк привлекался для дорожных работ в том районе. 1 октября полк в составе дивизии возобновил марш на север, в тот же день он вступил в Гдов, на следующий день в деревню Корчиско.

Тем временем Ставка посчитала, что операцию на Висле надо завершать, а 3 октября главкому Юго-Западного фронта было указано о необходимости скорейшего перехода в наступление. Директивой от 4 октября еще не закончившей перегруппировки 9-й армии следовало перейти в наступление и выйти на рубеж Грабов – Головачев – Зволень – Завихост.

3 октября Сибирский полк выдвинулся к деревне Сток, а на следующий день командир полка получил указание следовать на запад, к Висле для занятия и обороны участка этой реки от левого фланга Малороссийского полка до устья реки Быстра. В ночь на 5 октября состоялось занятие позиций сибирцами и смена стоявших тут ранее частей, при этом первая батарея стала на позиции севернее фольварка Збендовице. Там выяснилось, что части противника отодвинуты далеко вглубь от левого берега. Проведенная в течение двух ночей разведка не дала результатов, а во время третьего рейда днем 7 октября группа пограничников была атакована австрийцами и под огнем переправилась на правый берег.

9 октября полк получил приказ форсировать Вислу для поддержки малороссийцев и фанагорийцев, уже перешедших на западный берег. В ночь на 10 октября сибирцы переправились по наведенному понтонному мосту и заняли предмостное укрепление у деревни Гура-Пулавска. Днем неприятелю удалось принудить к отступлению части 70-й пехотной дивизии, после чего к переправе устремились толпы пехотинцев и кавалерии. Создалась угроза захвата полкового знамени Сибирского полка, находившегося при 1-м батальоне в 4-й роте. Роты батальона рассыпались, укрывшись насыпью у костела. Указанием временно командующего 1-й бригадой полковника Правоторова к месту расположения 10-го гренадерского Малороссийского полка, на правом фланге которого наметился прорыв противника, из резерва на правый фланг был выдвинут 2-й батальон Сибирского полка. Тем же распоряжением 1-й батальон занял место 2-го и расположился в лощине. Неприятель энергично навалился на левый фланг с угрозой глубокого флангового обхода. Полковник Правоторов отдал приказание 1-й и 2-й ротам выдвинуться на соединение с батальоном Федоровского. В резерве осталась 4-я рота со знаменем, которая продолжала спокойно оставаться на месте, устроив окопы по гребню лощины.

В пятом часу дня, когда начало немного смеркаться, обстановка на левом фланге полкового расположения оставалась тревожной: наступление сильно затруднялось продвижением по густо заросшему лесу, который усиленно простреливался как ружейным, так и артиллерийским огнем противника. Противник вновь стал пытаться обойти левый фланг русских. С удвоенными силами он повел наступление. Правоторов, оставив один 4-й взвод при знамени, бросил всех остальных вперед. Из-за отсутствия при взводе офицеров, частью погибших или раненых, частью, находившихся в бою, в командование вступил начальник команды связи полка подпоручик Виноградов. К вечеру противник возобновил свое наступление на левом фланге, что вынудило Правоторова бросить все оставшиеся резервы на помощь, оставив в тылу только 4-й (знаменный) взвод 4-й роты. В итоге плацдарм удалось удержать.

В ночь на 11 октября части Сибирского полка были распределены следующим образом: два батальона на правом боевом участке (подполковник Антонович), на левом участке и одна рота прикрывала 1-ю батарею 3-й гренадерской артиллерийской бригады. Все эти подразделения занимали предмостную позицию. Кроме того, две роты (1-я и 2-я) занимали участки леса, тянувшегося от деревни Тржцянка и засеки вперед и во фланг позиции. На рассвете неприятель повел наступление на южный участок предмостной позиции у деревни Гура-Пулавска, но оно было быстро остановлено ружейным, пулеметным и орудийным огнем. После этого австрийцы стали отходить по всему фронту.

Около 12 часов 9-й гренадерский Сибирский полк вошел в состав левого боевого участка дивизии, который под начальством временно командующего бригадой полковника Правоторова должен был наступать от предмостных укреплений в западном направлении; 4-й батальон Сибирского полка был оставлен временно в предмостном укреплении. В первом часу дня 1, 2-й и 3-й батальоны полка и пулеметная команда пересекли линию окопов предмостного укрепления и бывшие впереди проволочные заграждения и двинулись вперед: в голове – 2-й батальон, за ним 3-й, и, наконец, 1-й батальон следовал на уступе влево, обеспечивая с этой стороны, совершенно открытый фланг. В результате был занят большой лес, в котором был деблокирован находившийся в окружении 3-й батальон 10-го гренадерского Малороссийского полка.

После этого стало известно, что головные силы противника группируются в направлении деревни Нова-Гура. Она и стала следующей целью. Позиции австрийцев были усилены целой цепью окопов и представляли собой как бы малый плацдарм, дававший им возможность маневрировать и стрелять в разных направлениях; но никаких искусственных препятствий и заграждений не было. Первая передовая линия окопов находилась непосредственно за домом лесника, но окопы эти не защищались и были беспрепятственно заняты 5-й и 9-й ротами сибирцев. Сюда же, к рощице южнее дома лесника подошли 1-я и 2-я роты и здесь закрепились, прикрываясь деревьями и канавой. В резерве оставались 10, 11-я и 16-я роты.

Отразив контратаку австрийцев, сибирцы продолжили наступление совместно с 179-м Усть-Двинским полком. Атака носила характер огневого нападения, когда атакующие части продвигались с непрерывной стрельбой. Солдаты противника дрогнули, разбежавшись частью в деревню Тржцянку, частью – в Томашево. Только 7-й роте сибирцев пришлось выбивать противника из домов и сараев Станиславова (в домах Нова-Гуры никого не было). Сибирцами было взято до ста человек пленных и множество раненых, включая командира 14-го ландверного полка полковника Лазаря Фаршанека и 3 офицера того же полка. Потери Сибирского полка в бою у Нова-Гуры составили 172 человека убитыми и 189 ранеными.

12 октября, после ночлега полка на поле сражения у Станиславова, полк, в ожидании дальнейших распоряжений сосредоточился у южной окраины Нова-Гуры; прибывший туда в 9-м часу утра временно командующий дивизией благодарил полк за одержанную победу. Тем временем, 3-я гренадерская дивизия получила приказ в тот же день достичь своими передовыми частями реки Илжанки. Однако выполнить его не удалось. Когда головной отряд, высланный от Сибирского полка, приблизился по дороге от Геленова к деревне Коханов и находился от последней на расстоянии 400–500 шагов, неприятельская легкая батарея, расположенная в районе Лагунова, открыла по приближавшейся колонне шрапнельный огонь. Полковник Токарев приказал головному отряду (две роты 1-го батальона) немедленно занять Коханов, а колонне сосредоточиться к западной окраине большого леса, что восточнее названного селения. Оказалось, что позиции в районе деревни Лагушов обороняются противником, закрывшим путь авангарду. Временно начальнику дивизии в такой обстановке пришлось развернуть влево от Фанагорийского полка еще и Малороссийский полк, после чего для дальнейшего удлинения боевого порядка был выдвинут еще 1-й батальон Сибирского полка.

Бой развивался очень медленно и вяло. Около двух часов дня, когда, наконец, построение дивизии в боевой порядок было закончено, ее начальник приказал оттянуть назад 1-й батальон и расположиться в резерве уступом за северной оконечностью деревни Коханово. Затем подразделения сибирцев были поэтапно выведены из боя в деревню Пахна Воля, где они вошли в состав корпусного резерва.

13 октября резерву было приказано было перейти к деревне Лагов, где и оставаться в распоряжении командира корпуса. Прибыв в Лагов в 16.00 14 октября, сибирские гренадеры были представлены своему новому командиру корпуса генерал-лейтенанту Александру Рагозе, после чего резерв расположился по квартирам, выставив полевые караулы и заставу в штаб корпуса.

15октября 1914 года полк в составе корпусного резерва прибыл в посад Казанов, затем двигался через Грабовец, Бора Куповска (17 октября), посад Кунава (18 октября), Иваниск (21 октября), фольварк Будзын (22 октября), переправа через Нидзицу (26 октября), Вильвановица (27–31 октября). 1 ноября части полка, состоявшие при дивизии, прибыли в Мнишов.

В директиве Ставки от 20 октября главной задачей было объявлено вторжение в Германию и в первую очередь – изоляция крепости Краков. 9-я армия должна оттеснить противника к городу и овладеть передовыми позициями крепости. 1 и 2 ноября обе армии начали наступление, к вечеру 2-го числа XXV корпус развернулся на фронте Пржибыславице – Рудна, имея одну дивизию на охране участка по реке Висла.

3 ноября 9-й гренадерский Сибирский полк выступил из Зеленицы и в сумерках достиг окраины господского двора Поляновице. Полковник Токарев ввиду неясности обстановки сразу же предпринял наступление на этот населенный пункт силами 1, 2, 3-го и 4-го батальонов. В результате удалось занять позиции у деревень Маршовице и Гоща, обнаружив там укрепившегося противника. На рассвете австрийцы при поддержке артиллерии перешли в атаку, вынудив полк немного отступить. 4 ноября сибирцы вели тяжелые бои, в том числе в лесу и высоком кустарнике, с трудом удержав позиции. 5–6 ноября бои шли в основном на правом фланге, постоянно атакуемом австрийцами. При этом все попытки атаковать закончились безуспешно. Утром 7 ноября штаб дивизии приказал удерживать занимаемые позиции. Неприятель предпринял новые атаки при сильной поддержке артиллерии, которые продолжались до 10 ноября, а на следующий день австрийцы предприняли наиболее ожесточенный натиск по всему фронту 3-й гренадерской дивизии. Из-за высоких потерь и большого некомплекта в личном составе линии, занимаемые Сибирским полком, были очень разреженными, что снижало плотность огня и затрудняло оборону. Наконец, около 5 часов вечера 12 ноября противнику удалось прорвать фронт дивизии и захватить Поляновице.

Потери Сибирского полка с 3 ноября по 13 ноября составили: убитых штаб-офицеров – 1, обер-офицеров – 2, раненых штаб-офицеров – 13, убитых нижних чинов – 90, раненых нижних чинов – 694. Трофеи: пулеметное отделение со всем личным составом, 154 не раненых пленных и 4 офицера.

В полночь с 13 на 14 ноября на участке обороны полка против деревни Гоща начался одиночный огонь, постепенно усиливавшийся и затем перекинувшийся вправо и влево и охвативший тогда весь фронт левого боевого участка. Перестрелка, достигавшая по временам крайнего напряжения, как бы указывала, что проводится ночная атака; в действительности же австрийцы маскировали свой отход. 14-го числа войска противника оставили деревни Поляновице, Гоща и Воля Венцеславская.

К 15 ноября 1914 года было получено уведомление из штаба дивизии о том, что 3-я гренадерская дивизия будет сменена частями 9-й пехотной дивизии, которые должны были подойти к передовым позициям в тот же день к вечеру. 3-я дивизия получила новую задачу; предстояло движение к северу. Вечером Сибирский полк вошел в Сломники, на следующий день через Мехов, деревни Махов, Шрепява, Подлесице вошел в Вержбе, 17 ноября – в Седлишовицы, 18 ноября – в Огожельники (в районе Котовице). Там полк простоял с 18 по 21 ноября, находясь в резерве.

В ночь на 22 ноября сибирцы сменили на позициях, находившихся непосредственно у Котовице, Фанагорийский полк. Австрийцы с превосходно подготовленных полевых позиций постоянно вели ружейный и артиллерийский огонь, в т.ч. из 10–12-дюймовых тяжелых орудий. Взрывы снарядов, поднимавшие огромнейшие столбы дыма, смешанного с землей и камнями, оказывали большое моральное воздействие на солдат.

Днем 23 ноября был получен приказ по дивизии: «на случай, если дивизия получит приказание оставить настоящие позиции», 9-й гренадерский Сибирский полк с 1-м дивизионом должен был первоначально сосредоточиться у деревни Мирова, а оттуда следовать через Огожельники и Ближнице на Спензины. В ночь с 27 на 28 ноября была назначена смена частей 3-й гренадерской дивизии частями 3-й пехотной дивизии. Однако эта смена не завершилась в назначенное время в связи с неприбытием ожидаемых частей. В действительности смена началась с вечера 28 ноября, причем фронт полка был занят частями, меньшими по составу. За все время нахождения полка на позициях в окрестностях деревни Котовице противник ни разу не предпринял атаки, ограничиваясь усиленной огневой отработкой наиболее видных и близких к нему участков наших позиций; разведка же малыми партиями и даже целыми взводами производилась им нередко, вызывая иногда тревогу и неверные донесения от начальников боевых участков.

Ночью, около 11 часов, противник начал обстреливать тяжелыми орудиями западную часть деревни Котовице, причем снаряды пролетали близко над блиндажом, в котором находились командир полка и капитаны Быковский и Федоровский. В 12.15 один снаряд упал и разорвался у самой землянки, при этом было убито 4 нижних чина и ранено 11 человек из числа людей, сопровождавших капитана Быковского. В результате дальнейшего обстрела было ранено еще несколько человек.

После полуночи подразделения Сибирского полка отошли от деревни Мирова через деревню Огожельники к деревне Ближице на ночлег. Поздно вечером 28 ноября после длительного перехода полк прибыл в деревню Удорж.

На совещании, проведенном Верховным Главнокомандующим в Бресте 30 ноября 1914 года, было принято решение отвести войска Юго-Западного фронта назад, сократив линию фронта. 9-я армия должна была занять участок примерно по линии Жарнов – Радошице – Хенцины – течение р. Ниды и организовать там оборону.

В течение 30 ноября – 4 декабря 9-й Сибирский гренадерский полк через Пилицу, Пржелай, Чепец, Мержаву, Менсове, Мотковице достиг переправы через Ниду. Согласно приказу по дивизии № 80 полк должен был 5 декабря выдвинуться к деревне Хоментово и заранее развернуться от высоты 149,3 до Корытницы включительно. К рассвету 6 декабря занятие нового рубежа обороны было закончено. В ночь на 13 декабря полк был сменен 10-м гренадерским Малороссийским полком, после чего отошел к деревне Голухов и поступил в дивизионный резерв. 16 декабря подразделение прибыло в Бржезину, где занялся обустройством тыловых позиций. 28 декабря полк перешел в Седлице и занял новые позиции по левому берегу Ниды, от устья реки Чарка Нида до переправы через Ниду, против деревни Бржезно. На 31 декабря в полку был некомплект 512 человек.

В кампанию 1915 года 9-й гренадерский Сибирский полк вступил в составе 1-й гренадерской бригады 3-й гренадерской дивизии XXV армейского корпуса. В ночь на 15 января полк был сменен 12-м гренадерским Астраханским полком, после чего поступил в дивизионный резерв и расположился в деревнях Волица, Седлице и Позлаличе.

30 января полк выбыл из дивизионного резерва и передвинулся в район Войковец, приняв от Малороссийского полка участок по Ниде от южной окраины деревни Соколов Дольны до посада Собкова. Этот полковой участок был разделен на батальонные участки: первый – от деревни Соколов Дольны до Бржезно (железнодорожный мост), второй – от предыдущего до господского двора Нида Собков и, наконец, третий – от того же господского дома до еврейского кладбища посада Собков. 14 февраля полковой участок был определен в границах: от южной окраины леса, что к востоку от деревни Бржезно, через посад Собков к деревне Корытница. Линию в 8,5 верст занимало 12 рот, одна рота находилась в прикрытии батарей, другие – в штабе корпуса, и, наконец, две роты должны были наступать в составе дивизионного резерва.

Все это время гренадеры периодически вступали в перестрелки с неприятелем и регулярно высылали на его территорию разведывательные партии. 10 марта в соответствие с приказом начальника дивизии были сформированы специальная команда разведчиков, для чего, от каждой роты назначалось по 8 человек. Начальником команды разведчиков назначен прапорщик Стуканев. Вплоть до 27 апреля полк продолжал занимать ту же позицию на реке Ниде. С 1 января по 28 апреля полк потерял 65 человек убитыми и пропавшими без вести и 65 ранеными.

В ночь на 28 апреля 1915 года XXV армейскому корпусу было приказано начать отход всем фронтом на линию деревень Хенцины, Моравица, Петрковице и закрепиться там. Поздним вечером 3-я гренадерская дивизия, под прикрытием оставленного в окопах сторожевого охранения, в полной тишине и не тревожимая противником, начала отходить на новую позицию. 9-й гренадерский Сибирский полк начал отход с позиции на реке Нида в 0.30 28 апреля. Вскоре был получен приказ следовать в деревню Балин Киштеровский для занятия позиций, на которых уже имелись окопы и проволочные заграждения. Утром 30 апреля полк получил приказание о переходе дивизии главными силами в район Васнево. На следующий день подразделение расположилось в районе деревень Петро, Носов и Васнево.

К 1 мая XXV корпусу была поставлена задача: укрепиться и перейти к активной обороне на участке: Любеня (исключительно) – Опатов (исключительно). Части 3-й гренадерской дивизии заняли левый боевой участок, при этом сибирцы вместе с Малороссийским гренадерским полком и 1-я бригадой с 3 легкими батареями занимали боевой участок с передним краем: фольварк Загае Болеское – Петров – Снешковице – господский двор Косовице – деревня Рушков.

1 мая полк снова двинулся в путь, прибыл в Островец, а затем с 1-й и 3-й батареями занял позицию – фронт от оврага восточнее фольварка Загае Болеское – Снешковице до господского двора Коссовице. Утром 3 мая был замечен отход колонн противника от деревни Покрживница в северо-западном и западном направлениях, а затем большая колонна противника, шедшая на Опатов. В 10 часов утра был получен приказ командира корпуса для дивизии: «Разбить противника, появившегося против ее фланга, дабы обеспечить дальнейшее движение корпуса для утверждения на линии Домброва – Болешин – Ежев – Крашков». Начальник дивизии принял решение оставить пока на месте 9-й гренадерский Сибирский полк и 1,5 батальона 10-го гренадерского Малороссийского полка с 1-й и 3-й батареями, атаковав силами трех гренадерских полков и кавалерии при поддержке артиллерии.

Первыми в 3 часа дня перешли в наступление фанагорийцы, затем атаковали малороссийцы, наконец удар поддержали и астраханцы. К вечеру полки 3-й гренадерской дивизии, захватывая тысячи пленных и пулеметы, дошли до линии южная опушка леса у Буковяны – Опатов. На следующий день наступление было продолжено и принесло новые успехи. Задача, возложенная на дивизию, была выполнена: Опатовская группа противника (4, 84-й полки, 17-й и 25-й егерские батальоны 25-й и 4-й австрийских дивизий) разгромлена. Лучшие австрийские воинские части перестали существовать.

Подготовка к атаке на Хибице

После блестящих боев 3-й гренадерской дивизии у Опатова командир XXV корпуса решил 5 мая 1914 г. предпринять наступление в западном направлении для облегчения положения соседнего справа Гренадерского корпуса. 3-я гренадерская дивизия должна была наступать на фронте Хибице – Слупя Нова.

Начальник дивизии, исходя из имеющихся разведданных, решил выполнить задачу следующим образом: наступать на фронте Хибице – Слупя Нова тремя полками, а один полк направить по лесистому кряжу для обеспечения левого фланга, с тем, чтобы в случае наступления противника от Лагова в восточном направлении бить этим полком противника во фланг, а в случае надобности и возможности ударом с юга содействовать наступлению остальных полков в западном направлении. Один полк надлежало вывести в резерв за левым флангом. Во исполнение этого решения 9-й гренадерский Сибирский полк получил задачу с 1-й и 3-й батареями наступать на фронт Хибице – роща западнее Покрживянка Дольна (включительно).

С 9 часов утра полк стал перестраиваться для наступления. Командир полка направил 1-й батальон к господскому двору Болешин и деревням Покрживница, Хибице, 2-й батальон на Болешин – Велиборовице – фольварк Нечулице и южная окраина деревни Хибице, 3-й батальон – на деревню Сосновка. 4-й батальон, оставаясь в резерве, двинулся за 2-м батальоном. В 9.00 части полка стали сниматься с позиции, перестраиваться в боевой порядок для наступления на указанный фронт. В 10.30 утра полк миновал рубеж Васнев – Яблона. Точных сведений о месте нахождения 10-го гренадерского Малороссийского полка в то время не имелось. В последующем выяснилось, что он сильно опоздал с выходом на линию общего построения. Ожидая с минуты на минуту подхода 10-го полка, сибирские гренадеры, закончившие все предварительные передвижения, находились под губительным огнем неприятельской артиллерии. Одновременно с окончанием построений, от начальника штаба дивизии прибыло уведомление, что Сибирский полк прошел указанную ему линию раньше назначенного времени. Почти одновременно с этим, в 12.30 поступило приказание от командира 1-й бригады генерал-майора Правоторова: «Сибирскому полку остановиться и не двигаться в течение 2 часов». После этого приказания всякие передвижения в районе полка прекратились, и батальоны остановились на высоте с передним краем: Вымыслов – Чахов – Скалы. Полк, оставаясь совершенно открытым, был буквально осыпан неприятельскими снарядами. Ружейного огня не было, пехотные части противника не приняли нашего наступления стали быстро отходить.

Прорыв среди «моря разрывов»

В 14.30 было приказано продолжать движение, что тотчас же было передано по телефону в батальоны. При спуске рот в овраг ручья Покрживянка боевой порядок полка подвергся ураганному огню неприятельской артиллерии, вырывавшей из строя целые отделения. Особенно пострадала от этого огня 2-я гренадерская рота. Ручей пришлось преодолевать под шрапнельным и бризантным огнем противника.

«Сибирские гренадеры, воодушевленные желанием скорее добраться до врага, под руководством своих офицеров неудержимо продвигались вперед среди моря разрывов, вырывавших из их рядов десятки и сотни убитых и раненых,– сообщалось в журнале боевых действий полка.– Несмотря на тяжелые, невыносимые потери, в полку не было ни одного отставшего человека. Удивлению артиллерийских офицеров, наблюдавших со своих пунктов за наступлением, не было границ. Они не верили в возможность успеха наступления в существующих условиях. Прибывший в район расположения полка ординарец командира корпуса прапорщик Рябушкин, знакомясь с маршрутом, пройденным Сибирским полком, заявил, что, бывая неоднократно по поручению командира корпуса на других участках, он не мог себе представить, чтобы противник мог в столь короткий промежуток времени выпустить такую массу снарядов по Сибирскому полку. По его выражению, путь сибирцев был усеян несметным числом воронок, образовавших целые группы».

Как только части полка вышли на противоположный берег, поступил приказ: полку остановиться и окопаться. 1-й батальон стал на дороге из деревни Покрживнице на фольварк Покрживница, где приступил к возведению окопов; 2-й батальон остановился в районе Велиборовице, а 3-й – в деревне Влохи. В 18.30 движение продолжилось до линии Хибице – Тостов – Сосновка.

На 6 мая командир корпуса приказал продолжать выполнение задач: 46-й дивизии овладеть рубежом Ржепин – Хибице, 3-й гренадерской – Хибице – Слупя Нова. На рассвете 1-я и 3-я батареи полка стали на позицию у Болешина и обстреливали Хибице. а также наблюдательный пункт германской батареи. Роты 1-го батальона в 4.00 открыли ружейный огонь по Хибице. Так как варшавцы явно запаздывали и к утру не подтянулись к правому флангу сибирцев, батальоны опять подверглись фланговому огню тяжелой артиллерии. Все попытки прорыва на этом участке к окопам у деревни Хибице пресекались артиллерийским огнем противника, а фланговый обстрел наших окопов ружейным огнем создал такие трудности, что заставил отказаться от продвижения из Тржешкова к Хибице. Личной рекогносцировкой командира полка боевого участка 2-го батальона к западу от деревни Нечулице, здесь была установлена меньшая численность и слабая готовность противника к обороне. Было решено, наступать шестью ротами левого боевого участка в направлении на деревню Сосновку. Наступление должно быть поддержано двумя ротами среднего боевого участка в направлении на деревню Тостов.

Начальник дивизии приказал 9-му и 10-му гренадерским полкам продолжать наступление, а генерал-майору Правоторову с Остроленским полком и двумя батальонами Астраханского полка и при содействии 10-го гренадерского полка в ночь на 7 мая овладеть посадом Слупя Нова. Ночью для заполнения промежутка между сибирцами и 184-м Варшавским полком прибыли две роты 172-го Гроховского полка, занявшие позицию к северо-западу от деревни Покрживица, в одной версте от нее.

На участке Сибирского полка ночь с 6 на 7 мая прошла спокойно, с вечера огонь противника заметно ослабел. Утром привезли два орудия 1-й батареи на левый берег речки Покрживянки и были поставлены на позицию вблизи деревни Новопест, чтобы поддержать наступление на Сосновку, в которую уперся левый фланг полка. День полк провел в позиционной борьбе.

Прекращение наступления и отход на прежние позиции

К этому моменту части, назначенные для наступления, понесли огромные потери. Особенно пострадала 46-я дивизия, где потери в ротах достигли 75% личного состава, а во многих случаях это сопровождалось полным уничтожением офицерского состава. Эти обстоятельства вынудили комкора к вечеру остановиться на занятых позициях. К 8 мая русскому командованию стало ясно, что дальнейшее упорство в развитии контрудара корпуса принесет только бесцельные потери людьми и вызовет лишний расход боевых припасов. Даже овладение посадом Слупя Нова не могло принести существенных выгод. Кроме того, обнаружилось встречное наступление противника со стороны посада Лагов на Опатов, что являлось угрозой левому флангу корпуса, а вслед за тем начался отход и соседней 3-й армии.

На участке Сибирского полка весь день 8 мая прошел в редкой артиллерийской и ружейной перестрелках; интенсивность огня заметно упала. В 5 часов дня был получен приказ, согласно которому корпус оттягивался назад и 3-й гренадерской дивизии приказывалось занять фронт от Загае Болеское (исключительно) через Горбачь Скала до Буковяны, имея боковой авангард у Голошице и сильную группу в районе Буковяны – Червона Гура – Ленжице. Отход был назначен на 22.00. Он был выполнен под прикрытием охранения, которое оставалось на местах до 2 часов ночи.

9-й гренадерский Сибирский полк с 1-й и 3-й батареями начал движение передовыми ротами в 23.30, а сторожевое охранение (по взводу от роты) начинали отход в 4.40. Благодаря темной ночи, марш прошел скрытно и к раннему утру 9 мая прежние позиции полка по Яблона – Косовице были заняты. За период майских боев, вошедших в историю как Горлицкий прорыв, 9-й гренадерский Сибирский полк потерял убитыми – 110 человек, ранеными – 357 человек, без вести пропавшими – 103 человека. Пленных захвачено: австрийцев – 19, немцев – 4.

.

В течение 9–13 мая 1915 года Сибирский полк занимал позиции в районе деревни Яблона, 15 мая перешел к Яловелсам, где вошел в корпусной резерв. 1 июня подразделение прибыло в Грохолице, затем 8 июня прибыло на позиции у деревни Яруш. Вечером 9 июня было получено приказание по 3-й гренадерской дивизии о переходе на новый участок фронта в районе Боровня – Ожаров – Поток, имея передовые части на рубеже Боровня – Дрожнец – Велимонтов – фольварк Болтувка и выделить Сибирский полк в Глиняны, в распоряжение командира корпуса. В 07.30 сибирцы прибыли на указанные рубежи. Вечером поступило приказание осмотреть и распределить укрепленную позицию у посада Глиняны, которая тянулась по открытому полю между деревней Поток и посадом Глиняны, пересекая дорогу.

Утром 11 июня цепи противника вновь перешли в наступление. Так как соседи сибирцев не выдержали и стали отходить, обнажив фланги полка, то и Сибирскому полку пришлось отойти на новые позиции западнее Потока. После 13.30 австрийцы начали обстрел деревни и предприняли первую вылазку, которая была успешно отражена гренадерами. 12 июня стороны провели в рытье окопов и эпизодических перестрелках.

Утром 13 июня после артподготовки неприятель предпринял решительную атаку. Первый его натиск удалось отразить сосредоточенным артиллерийским, ружейным и пулеметным огнем. В полдень австрийцы начали сосредотачиваться против правого фланга сибирцев, а в 3 часа дня снова перешли в атаку густыми цепями. Им удалось преодолеть проволочные заграждения, и ворваться в окопы, находившиеся в стыке 14-й и 15-й гренадерских рот, полностью уничтожив 1-й взвод 14-й роты. Увидев угрозу центральному участку обороны, командир полка срочно перебросил туда подкрепления, а сам во главе 17-й роты двинулся в контратаку. Штыками и ручными гранатами гренадеры обратили врага в бегство и выбили его из окопов. В этом бою был тяжело ранен в бедро, а позднее умер от потери крови генерал-майор Токарев. Во временное командование полком вступил полковник Федор Полухин из 10-го гренадерского Малороссийского полка.

Вечером 3-я и 4-я роты под обшей командой штабс-капитана Щурова предприняли решительную контратаку против неприятеля, прорвавшегося в лес в тылу позиции сибирцев. Австрийцы были выбиты в промежуток между окопами 14-й и 15-й рот. В 21.55 враг был окончательно выбит из окопов, оставив у проволочных заграждений и в окопах сотни трупов. В 1.05 противник предпринял было еще одну ночную атаку густыми цепями, но гренадеры, подпустив их почти до проволочных заграждений, открыли дружный ружейный и пулеметный огонь. После нескольких попыток прорваться, австрийцы окончательно отступили.

Потери полка, помимо Токарева, составили: убито – 42 человек, ранено – 165 человек, без вести пропало – 125 человек.

В ночь на 16 июня 1915 года Сибирский полк снялся с позиций под Глинянами и к 5 часам вечера 17 июня прибыл на новые плохо оборудованные позиции у деревни Тарлов. Отразив 18 и 19 июня атаки неприятеля, в ночь на 20 июня полк отошел по мосту через р. Калиновка у Калишан, после чего прибыл в Годов. После этого подразделение поступило из корпусного резерва в отряд генерал-майора Антония Веселовского, командира бригады 46-й пехотной дивизии.

21 июня австро-германское командование на фронте восточнее Красника начало наступление, стремясь выйти к реке Быстрице. Командир XXV корпуса приказал с двумя полками начать наступление на фронте Вильколаз – Собешаны. В 16.30 Сибирский полк выступил к деревне Майдан. В 4 часа утра 22 июня гренадеры начали атаку от фольварка Попковицкий, достигли линии деревень Попковицы – Звунин, выбив противника из окопов и отразив несколько ожесточенных контратак австрийцев. Всего полком взято в плен 1057 нижних чинов и 11 офицеров. Трупов же австрийцев осталось в полосе наступления полка не менее 1500.

Задачей полка на 23 июня было держаться на занятых участках и сковать противника боем. Начиная с 1 часа ночи, противник несколько раз бросался в атаки, которые продолжались в течение всего дня. Гренадеры встречали их ружейным и пулеметным огнем, а в критические моменты боя бросались в штыковую атаку. 2-й батальон вел бой непрерывно в течение 56 часов, находясь без пищи и воды, которые нельзя было подать. Утром 24 июня, отразив очередную атаку неприятеля, отряд Веселовского сам перешел в наступление в направлении на деревню Залесье, быстро обратив врага в бегство. Сибирский полк следовал во второй линии за фанагорийцами и самогитцами, обеспечивавшая левый фланг отряда. За день сибирцы взяли в плен 1736 нижних чинов и 20 офицеров. Вечером Веселовский получил указание отвести отряд за реку Уржендовку.

25 июня Сибирский полк вышел в резерв и остановился в посаде Уржендов, распределившись по квартирам. После боев 9-го гренадерский Сибирский полк имел следующий боевой состав: в строю офицеров – 19, штыков – 1218. Вечером 27 июня полк занимал позиции у Уржендова, прикрывая отход отряда. После выполнения задачи на следующий день сибирцы сосредоточились в саду господского двора Свидно, где стали биваком. Вечером полк получил указание занять позиции в районе посада Бабы.

За отличия в боях 22–24 июня начальники боевых участков – капитан Подушкин, штабс-капитан Кильк, офицеры пулеметной команды поручик Некрашевич и подпоручик Джуркович были представлены к награждению орденом Святого Георгия 4-й степени. В боях с 20 по 28 июня****9-й гренадерский Сибирский полк потерял: офицеров убитыми – 1, ранеными – 5, контужеными – 1; нижних чинов: убитыми – 221, ранеными – 836, пропавшими без вести – 193.

.

29 июня 1915 г. Сибирский полк располагался на позициях в районе посада Баба на правом берегу реки Подолины. 1 июля прибыл новый командир полковник Сергей Савченко, коренной офицер-сибирец, назначенный на эту должность Высочайшим повелением от 15 июня.

В ночь на 6 июля полк перешел на новые позиции в районе деревни Сивалка. Утром 3-я гренадерская дивизия отбила атаку по всему фронту. В ночь на 10 июля подразделение переместилось на новые позиции возле деревни Крачевице-Барек. Полк имел состав: гренадер – 1520, 506-я дружина – 340 бойцов, 131-я бригада – 120 бойцов. Офицеров Сибирского полка – 26 человек, из них прапорщиков – 16; 506-я пешая дружина: офицеров – 4, из них прапорщиков – 3; 131-я бригада: офицеров – 2, из них прапорщик – 1. Дни с 11 по 16 июля прошли в позиционных боях.

В полдень 17 июля Сибирский полк перешел на новую позицию: от кирпичного завода, через высоту 87,3 до отметки 74 у леса. Следующим утром неприятель предпринял атаки, которые периодически возобновлялись, а к ночи приняли решительный характер. 19 июля сибирцам пришлось отойти на позицию у фольварка Олемпнин и там вести трудные бои. За два дня полк понес большие потери и с трудом держался на своем рубеже. В 11.00 вечера 20 июля полк поступил в дивизионный резерв и сосредоточился в деревне Глиник, а на следующий день перешел к деревне Рудзенко, где пробыл до 25-го числа.

25 июля командующий 4-й армией приказал: войскам XXV корпуса в ночь занять позицию от господского двора Подледов (включительно), через Приточно – Поиздов – Русска – Вес – Коцк – Гурка (включительно). В 16.20 1, 2-й и 4-й батальоны выступили в деревню Рудно для поддержки левого участка дивизии. 26 июля полк сосредоточился в районе Поиздова. 27 июля в полночь полк отошел в корпусный резерв, в деревню Борки, а на следующий день в составе 1, 2-го и 3-го батальонов (4-й оставался в дивизионном резерве) занял позицию на левом берегу реки Быстшицы от шоссе через фольварк Вржосов до реки Бялки. Обескровленные боями части XXV корпуса, потерявшие выбывшими из строя до трети личного состава, выходили на указанные им позиции отхода в полном порядке, отбиваясь от наседавших авангардов противника.

Вечером 30 июля полк вышел из Бялки и перешел на новые позиции у деревни Грабовец. 1 августа сибирцы снова сменили позицию, перейдя на участок югу от рубежа Тумилово – Ржечица. Противник оживленно обстреливал частым ружейным и пулеметным огнем правый фланг расположения полка и тем временем искал наиболее слабые места в нашей обороне. К вечеру было получено распоряжение об отходе полка в составе общей колонны полковника Егорьева по маршруту Маке Красна – Цылуйки – Владиславов – Выгнанки – фольварк Келбаски – Карница – Вулька Носовская – Рачки.

Днем 2 августа 1915 года Сибирский полк расположился в деревне Рачки, ночью перешел мост через Буг и в 7.30 3 августа прибыл в местечко Мельник, где и расположился на позициях, имея 2, 3-й и 4-й батальоны в передовой линии и 1-й батальон в резерве. В ночь на 5 августа по телефону было получено приказание о переходе на новую позицию в районе господского двора Телятичи, куда и прибыл в 12.30. Вечером 7 августа полк выступил по маршруту: господский двор Литвиновичи – деревня Клюковичи – фольварк Янцевичи – Бобровка – Голя – фольварк Софиевка – деревни Копылы и Лесок, где утром 8 августа встал биваком, находясь в дивизионном резерве.

В течение 8 августа неприятель повел энергичное наступление на полки дивизии, находившиеся в первой линии. Около 10 часов вечера австрийцы густыми цепями атаковали левый фланг сибирцев, но был остановлен в 600 шагах от окопов. Утром 9**августа в бой введены две роты полкового резерва, но противник продолжал наступать, при этом не открывал огня. При поддержке артиллеристов атаку удалось отбить. В 11.00 было получено приказание: 1-му и 4-му батальонам поступить в распоряжение командира 11-го гренадерского Фанагорийского полка, потесненного противником.

К утру 10 августа вражеские цепи оставались в 150–200 шагах против рот 3-го батальона полка, на остальном фронте полка цепи противника находились в 800–1200 шагах от передовой линии. В 12.30 после мощного пулеметного обстрела и артподготовки австрийцы поднялись в атаку, которая была отбита ружейным и пулеметным огнем. Далее атаки следовали одна за другой, у гренадер кончались боеприпасы. Около 3 часов дня противник занял деревню Долбизна, не менее двух полков атаковали сибирцев и астраханцев, сосредоточив удар против 9, 10-й гренадерских рот 12-го полка, и правого фланга 7-й гренадерской роты*.*Противнику удалось ворваться в окопы астраханцев, но в ходе контратаки, в которой участвовали и сибирцы, позиция была вновь занята. К вечеру положение Гренадерского корпуса было восстановлено, но ход боя 10 августа указывал, что на 11-е необходимо было занять новую позицию, чтобы разорвать дистанцию с противником, заставить его пройти некоторое пространство под нашим огнем.

Вечером 10 августа 9-му гренадерскому Сибирскому полку было приказано занять позиции от западной окраины деревни Копылы (исключительно) до высоты 82 (включительно). В 23.30 10 августа полк начал движение на новые позиции.

.

К 11 августа 1915 г. правый фланг 9-го гренадерского Сибирского полка соприкасался с 46-й пехотной дивизией и с 12-й ротой 183-го пехотного полка. Расположение 46-й пехотной дивизии к северу от деревни Копылы было весьма невыгодным для упорной обороны участка 9-го гренадерского Сибирского полка, так как окопы 46-й пехотной дивизии шли вдоль северной окраины села, а затем поворачивали прямо на север на деревню Кунаховичи. Между тем германцы, усиливая австрийские части, продвигались со стороны деревень Хлевище и Долбизна на участок 46-й пехотной дивизии, создав угрозу охвата с севера расположения 9-го гренадерского Сибирского полка.

Во время стремительной атаки сибирцы в яростном штыковом бою практически уничтожили все передовые части германцев. Дальнейшее продвижение гренадер было задержано сильным пулеметным огнем. Между тем противник наседал и уже не только на фронте 46-й пехотной дивизии, но и на всем протяжении боевого участка сибирцев. Немецкая артиллерия обстреливала его сильным огнем тяжелой и легкой артиллерии. После 14.00 противник занял деревню Копылы и продолжал теснить правый фланг полка и 46-ю пехотную дивизию. Около 17.00 со стороны господского двора Верховичи было замечено движение передовых цепей противника, угрожавшее правому флангу и всему району обороны полка. Доложив обстановку начальнику 3-й гренадерской дивизии, командир полка, ввиду полного отхода на правом фланге соседей, запросил разрешения отойти за восточную окраину Березовки и затем – на позиции восточнее фольварка Сушки. Дорога на Олтай из Березовки и ее восточные окраины обстреливалась сильным артиллерийским огнем. Оценив положение на фронте 46-й пехотной дивизии, начальник дивизии разрешил отойти, оставив один батальон у западной окраины Березовки.

В арьергарде были оставлены два батальона, а остальные батальоны двинулись цепями в направлении фольварка Сушки. Во время марша полк все время обстреливался артиллерийским огнем противника. Два батальона были выдвинуты вперед, чтобы прикрыть отход 11-го гренадерского полка со стороны деревни Ясеневка. Остальные два батальона были отведены к фольварку Русилы, уже находившемуся в зоне артиллерийского обстрела, откуда около 18.30 эти батальоны перешли в деревню Русилы. В 19.35 полк сосредоточился в Русилах, которые уже через десять минут были накрыты огнем тяжелой артиллерии. В 20.30 полк достиг в деревни Лисовчицы для обеспечения дивизии справа.

В ходе боев XXV корпус понес невосполнимые потери и как боевая единица перестал существовать. Потери Сибирского полка за –11 августа составили: убитыми – 11, ранеными – 49, ранеными и оставшиеся на поле сражения – 22, пропавшими без вести – 10. Всего – 92 нижних чина.

В ночь на 13 августа 1915 года XXV корпус стал отходить на линию Гаиновка – Каменики – Дворцы – Орепичи – Жабинка. 3-й гренадерской дивизии отводился район: высота 80,07 – лесничество Дубовое – лесничество Ляцкое. Сибирский полк совершил ночной переход и занял позиции в районе деревни Лавы. Вечером 14 августа полк сосредоточился в урочище Пуматская печь, откуда выступил в 20.00 и утром 15 августа прибыл на привал в Беловежскую пущу (деревни Левки и Приколье). 16 августа подразделение выступило в местечко Порозово, куда прибыло 17-го числа, став в дивизионный резерв. С 17 по 20 августа полк находился на квартирах и занимался приведением себя в порядок и инженерными работами на линии Михайлы – Кабуха – Горностаевичи. 22 августа сибирцы выступили из Порозово и через Хрущелевичи – Новосады – Дашкевичи – Ольшаны – Дубичи – Подороск утром 23 августа прибыли в Голынки.

24 августа неприятель предпринял первые атаки, сбив сторожевое охранение сибирцев, а на следующий день при поддержке тяжелой артиллерии перешел в наступление. Участок 1-го батальона Сибирского полка был прорван, лишь единицы солдат из 2-й и 3-й рот смогли отойти на новую позицию. Вечером полк получил приказание отходить через господский двор Конюхи, задерживая противника на отсечных позициях. В 11.40 26 августа сибирцы прибыли в деревню Вороничи. На следующий день полк перешел в Голынки.

28 августа правый фланг Гренадерского корпуса начал отходить к высотам 86,6 и 93,3, и деревне Бродна, где ему было приказано остановиться и закрепиться для нанесения контрудара в общем направлении на деревню Зельва. 29 августа 9-й гренадерский Сибирский полк сосредоточился в районе Старо-Мост и в 16.20 начал продвижение направлении Зельвы. К ночи сибирцы решительно продвинулись до лощины, расположенной западнее деревни Старо-Весь, оторвавшись от соседних частей и закрепившись там. Ночью дивизия получила приказ овладеть высотой 94,7 и развивать наступление правым флангом на Зельву. Утром 30 августа гренадеры возобновили атаку в условиях тумана, напоровшись на окопы противника. В ожесточенном бою погибли командиры 4-й и 1-й рот прапорщик Приходькин и поручик Скиба. Сибирцы вынуждены были отойти к Старо-Весь к резерву, где оставались до вечера. В ночь на 31 августа полк перешел в Голынки, где занял новую позицию. Вечером на фронте полка происходила сильная артиллерийская и ружейная стрельба. Вечером дивизии было приказано занять и упорно оборонять участок от деревни Скрунзе (исключительно) до высоты 58,7, к реке Щаре, что напротив деревни Славково (включительно). Сибирский полк занял позицию на реке Щара.

За 29–30 августа в полку было убито: офицеров – 2; ранено: офицеров – 1. Нижних чинов: убито – 48, умерло от ран – 6, раненых – 123, убитых и оставленных на поле сражения – 46. На поле сражения осталось 30 раненых.

С 22 по 19 сентября 1915 года Сибирский полк находится в армейском резерве. 28 сентября XXV корпус получил указание в ночь на 29 сентября сменить XVI корпус и занять его участок позиции по реке Сервечь от дороги из местечка Турец в местечко Корелицы до деревни Красная Весь (включительно). С 30 сентября по 7 октября полк находился в деревне Некрашевичи. 7 октября было получено приказание занять и упорно оборонять участок от деревни Крынки (исключительно) до северной окраины деревни Осташино (включительно). С наступлением темноты полк в полном составе выступил из Некрашевичей и прибыл на позиции.

С 9 по 21 октября на фронте позиции, занятой полком, ежедневно происходила редкая артиллерийская и ружейная перестрелка. С 22 октября было получено приказание смениться и выделить один батальон в распоряжение командира 10-го гренадерского Малороссийского полка, расположиться в деревне Луки, составляя дивизионный резерв. В ночь на 23-е октября полк был сменен 10-м Малороссийским полком и в составе 1, 2-го и 4-го батальонов перешел в деревню Луки, разместившись в землянках. 3-й же батальон составил полковой резерв Малороссийского полка. С 23 октября полк находился в дивизионном резерве, производя занятия и показные учения с применением дымовых шашек, ручных гранат и ножниц для резки проволоки. На фронте XXV корпуса наступило затишье.

В ночь на 14 ноября Сибирский полк сменил малороссийцев, заняв прежнюю позицию от Крынки до Осташино. Дни проходили в целом спокойно, изредка возникали перестрелки, столкновения разведывательных групп противоборствующих сторон. В течение 7–9 декабря Сибирский полк находился в дивизионном резерве в деревне Луки. Согласно приказу по 3-й гренадерской дивизии № 49б от 10 декабря, ввиду указанной командующим армией перегруппировки корпусов, XXV корпусу приказано: по смене его частями V и XV корпусов отойти в армейский резерв; 3-й гренадерской дивизии – перейти в новый район; 9-му гренадерскому Сибирскому полку расположиться в местечке Ишкольд, что южнее дороги Янчицы – Ишкольд, в землянках у южной окраины местечка и в 14 землянках у церкви восточнее Ишкольда. В 8.30 11 декабря полк выступил из деревни Луки к месту нового расположения и вечером прибыл в Ишкольд. Там подразделение расположилось по землянкам.

В период с 10 сентября по 31 декабря 1915 г. 9-й гренадерский Сибирский полк понес потери: нижних чинов: убито – 12, ранено – 58, пропало без вести – 5, контужено – 10; лошадей: убито – 7; пропало русских винтовок – 4.

.

В кампании 1916 года 9-й гренадерский Сибирский полк (командир – полковник С.Н. Савченко) находился в составе 1-й гренадерской бригады (командир – генерал-майор Правоторов) 3-й гренадерской дивизии (начальник – генерал-лейтенант Н.М. Киселевский) XXV армейского корпуса (командир – генерал от инфантерии Ю.Н. Данилов) 4-й армии (командующий – генерал от инфантерии А.Ф. Рагоза) Юго-Западного фронта (командующий – генерал от артиллерии Н.И. Иванов).

С 1 января по 14 февраля полк дислоцировался в местечке Шикольд, находясь в армейском резерве. 15 февраля в рамках перегруппировки подразделение снова заняло участок позиции между деревнями Крынки до Осташин (на реке Сервечь). В ночь на 27 марта полк был сменен на позиции 10-м гренадерским Малороссийским полком, отправившись в резерв в деревнях Луки и Некрашевичи. С 31 марта по 4 апреля проводились учебные занятия по окуриванию удушливым газом.

С 14 апреля по 1 июня XXV армейский корпус находился в распоряжении командующего 3-й армии генерала от инфантерии Л.В. Леша. В ночь на 6 мая Сибирский полк вновь сменил малороссийцев на участке позиции Кринки – Осташин. 30 мая был получен приказ: 31 мая после того, как артиллерией будет подготовлена атака, ротам 9-го гренадерского Сибирского и 10-го гренадерского Малороссийского полков под руководством полковника Савченко произвести усиленную рекогносцировку напротив Дудергофского леса и господского двора Сервечь с целью захвата пленных, выяснения сил и расположения противника.

В 5 часов утра отдельные взводы легких батарей, а также мортирная батарея приступили к пробитию проходов в проволочных заграждениях, разрушению укреплений и фланкирующих построек в местах, предназначенных для атаки. С наступлением темноты роты 4-го батальона полка переправились вброд через Сервечь и окопались там. Когда под утро разведчики подползли к проволочным заграждениям, то проходов не нашли. На рассвете, поняв, что внезапность утрачена, а атака будет слишком рискованной, командиром батальона было отдано приказание отойти в исходное положение. Потери полка составили: убито 2 нижних чина, один из которых остался у проволочных заграждений, так как вынести его не было возможности; ранено: 1 офицер и 30 нижних чинов. Роты 10-го гренадерского Малороссийского полка также успеха не имели. У них потеряно: 1 убитым и 3 ранеными.

После 1 июня XXV армейский корпус был передан в подчинение командующего 4-й армии генерала от инфантерии А.Ф. Рагозы, где находился по 17 июля.

Директивой по Западному фронту от 14 июня 1916 года войскам 4-й армии ставилась задача: прорвать расположение противника и, наступая в направлении Новогрудок – Слоним, отбросить его за Неман. В ночь на 3 июня Сибирский полк оставил позиции у деревень Крынки и Осташино и отошел в деревню Луки, став в резерв.

20 июня армия начала наступление. В ночь на 24 июня полк занял новые позиции от местечка Цирин до деревни Красная, поступив в распоряжение 46-й пехотной дивизии. 1-й батальон занял первую линию, 2-й батальон – вторую линию, 3-й батальон расположился в лесу, в полуверсте северо-восточнее деревни Красная, 4-й батальон – в большом лесу, что северо-восточнее местечка Цирин. Полку вместе с приданной ему 25-й саперной ротой приказано атаковать редутную горку, что между деревней Подгайная и рекой Петуховкой и закрепиться на ней.

24-го числа артиллерия начала обстрел, проделывая проходы в заграждениях, разбивая укрепления и пулеметные гнезда неприятеля. В 2.25 25 июня роты поднялись в атаку и с криком «Ура!» устремились вперед. С преодолением проволочных заграждений возникла заминка, приведшая к сутолоке, что позволило противнику опомнился и открыть артиллерийский и пулеметный огонь по гренадерам. Произошло смятение: некоторые бросились назад и начали отступать; другие, отойдя, немного залегли в канаве, идущей вдоль фронта, и оставались там до следующей ночи. Последующая атака была отменена и 26 июня сибирцы отошли на исходные позиции. Потери полка в этом бою по первому подсчету составили 796 человек нижних чинов убитыми, ранеными и без вести пропавшими; офицеров: контужено – 2, заболело – 2, ранено – 3, без вести пропало – 3 и убит – 1. Потом цифра без вести пропавших сократилось до 162 человек.

За девять дней, потеряв в неудачных атаках около 80 тысяч человек, 4-я армия продвинулась на весьма незначительное расстояние.

28 июня полк снова перешел в Луки, а 15 июля передислоцировался в Островки, а 17 июля – в Каменку, 18 июля – в Гусаки, 19 июля – в Куршиновичи.**30 июля XXV армейский корпус вошел в состав 3-й армии, которая готовилась к наступлению на Ковельском направлении. 8 августа полк выступил с бивака у Куршиновичей и прибыл к железнодорожной станции Ганцевичи. На следующий день полк был погружен на эшелоны и 11-го числа прибыл на станцию Полица. 12–15 августа через Чарторийск, Лисово походным порядком перешел в район станции Маневичи, где и простоял до вечера 22-го числа. Затем по маршруту Сафьяновка – Кашовка – Антогощи – Арсоновичи – Корсыни – Литогощи полк достиг окрестностей Яновки, где и стал биваком.

C 1 по 8 сентября 1916 года Сибирский полк стоял биваком в районе Яновки, находясь в дивизионном резерве. В 13 часов 8 сентября дивизии было приказано к рассвету 9-го сосредоточиться в районе Сокун – Вознянка – Галиновка, сменив части XXX и I армейских корпусов. В 17.30 полк выступил с бивака и пришел в Новосады. 9–10 сентября в составе колонны полк проследовал по маршруту Новосады – Пожарки – Михайловка – Залесцы – Фридриховка – Остров – Осека – Либенштадт, а 12 сентября прибыл в Матильдов. В 21.30 12 сентября полк выступил, имея целью сменить части 46-й пехотной дивизии и XL корпуса, занимавшие позицию от дороги, пересекающей дорогу Зубильно – Затурцы у отметки 114,8 до моста южнее церкви деревни Затурцы (исключительно). Цель – упорно оборонять участок, готовясь к особому приказанию: решительно атаковать противника для овладения, совместно с фанагорийскими гренадерами, узлом дорог у Затуриц северо-восточнее 114,8 и южной окраиной большого леса, что западнее Липинова.

На место полк прибыл в ночь на 13 сентября. На новой позиции гренадеры в течение нескольких дней постоянно подвергались артобстрелам и налетам неприятельских аэропланов. Утром 18 сентября одновременно с началом артподготовки полку была дана боевая задача: быть готовым в полдень 19 сентября по особому приказанию атаковать противника с целью овладеть высотой 114,8 (ее южным скатом) и отрогами ее, идущими на юго-запад, а также северо-западной частью деревни Затурцы, развивая в дальнейшем успех на господский двор Затурцы.

Вся ночь с 18 на 19 сентября прошла в последних приготовлениях к бою, отдаче окончательных распоряжений. В 11.30 командующий полком полковник Лыщинский, подходя к наблюдательному пункту был контужен разрывом снаряда, но остался в строю. Боевой участок полка был ограничен: с правого фланга дорогой, пересекавшей дорогу Зубильно – Затурцы в ста саженях от отметки 114,8, с левого – мостом южнее церкви деревни Затурцы. Правый фланг этого участка к моменту атаки занимал 1-й батальон, центр – 3-й, левый фланг – 2-й батальон, 4-й батальон стоял в затылок 1-му.

Прорыв через вражеские линии

По завершении полуторадневной артподготовки, в 12 часов полк без особого приказания, согласно заранее отданному распоряжению, пошел в атаку. С этого момента командир полка располагал связью только с батальонными командирами, так как короткие телефонные станции, за недостатком аппаратов и кабеля, не могли, подобно батальонным, следовать за своими частями. Связь при помощи посыльных и постов летучей почты оказалась крайне ненадежной, так как люди выбывали из строя или не находили тех начальников, к которым были посланы. Однако, это обстоятельство решающего влияния на ход боя не имело, так как 1-й батальон во главе со штабс-капитаном Соцким с большими, правда, потерями, молниеносно прошел три линии неприятельских укреплений и уже к 12.30 достиг опушки леса, что восточнее лесничества Жидовка. Вслед за 1-м батальоном двинулся 4-й и частью сил занял первую линию окопов противника, частью продвинулся до 3-й линии, здесь, на бруствере, был смертельно ранен командир 15-й роты поручик Лебедев 2-й (Василий).

У опушки лесничества Жидовка, распоряжением штабс-капитана Соцкого была восстановлена связь с 11-м гренадерским Фанагорийским полком. Оставалось закрепиться и развить успех. Но в это время был убит наповал ротный командир соседней роты Фанагорийского полка, и рота несколько подалась назад; в первом батальоне к этому моменту выбыли из строя почти все офицеры (7 из 9). Тем не менее, батальоны продолжали держаться.

Совсем другая картина получилась на левой половине боевого участка. 2-й и 3-й батальоны, дойдя до неприятельской проволоки и найдя ее почти не разрушенной, вынуждены были залечь у нее под чувствительным пулеметным и орудийным огнем противника; эти батальоны понесли огромные потери без всякой пользы для дела.

«19 сентября, ровно в 12 часов дня, роты первой линии вышли из окопов, и пошли в атаку. Часть роты, почему-то задержалась около нашего проволочного заграждения, –писал в своем донесении временно командующий 3-м батальоном штабс-капитан Петров-Колесин. – Причину задержки мне не удалось выяснить. 9-я рота вышла из окопов в 12 часов 8 минут дня, а вслед за ней, вышли 3 пулемета, находившиеся при резервной роте. Один пулемет пошел в атаку с 10-й ротой. Раненые нижние чины донесли мне, что 10-я рота залегла за бугром и не может продвинуться благодаря сильному пулеметному и ружейному огню германцев. Я приказал пулеметам занять позиции на бугре и открыть огонь по неприятелю. В 12 часов 15 минут дня я был ранен в левый бок, левый висок и контужен в левую сторону головы и выбыл из строя на перевязочный пункт. В дальнейшем не принимал участия в бою».

Контратака немцев и итоги боя

Тем временем немцы, видя, что мы на левой половине боевого участка сибирцы не продвигаются, провел несколько контратак на горсть прорвавшихся гренадер, угрожая им окружением. В то же время русская артиллерия стала поражать заградительным огнем своих. Все это вместе, заставило остатки 1-го и 4-го батальонов отойти сначала в 1-ю линию неприятельских укреплений, а затем, в виду обнажения флангов – в собственные окопы вместе со 2-м и 3-м батальонами, уцелевшие люди которых также вернулись в исходное положение с наступлением темноты и ослаблением неприятельского огня; в 12-й роте, например, из 182 нижних чинов вернулось только 16.

Главной причиной неудачи стали недостаточная артиллерийская подготовка (отсутствие проходов на левой половине боевого участка и сохранившиеся после артиллерийской подготовки фланкирующие постройки противника с пулеметами, минометами и бомбометами) и отсутствие взаимодействия с артиллеристами по ходу боя. Так, флаги, применяемые для подачи сигналов, в силу неравномерного продвижения частей, скорее способствовали путанице и поражению своим же артиллерийским огнем. Был случай, когда идущие вторым эшелоном роты, выставив красные флаги, навлекли заградительный огонь на передовые части. Гранатчики полка проявили много мужества, но существенной пользы не принесли, так как быстро израсходовали свои гранаты на очищение от неприятеля первой линии, пополнение которых под «барабанным» огнем противника было невозможно. Искусственные же препятствия противника не поддавалась ни действию гранат, ни нашим ножницам. Кроме того, из-за возникшего хаоса не были своевременно введены в бой резервы.

Трофеями Сибирского полка явились 249 пленных нижних чинов-германцев, 3 офицера из немецкого 79-го пехотного полка и один пулемет. Полк потерял офицеров: убитыми – 4, умершими от ран – 1 (эти 5 человек были оставлены на поле сражения), ранеными – 13 и тяжело контуженными – 2 (20 сентября умер от ран еще один офицер); нижних чинов: убитыми – 150, ранеными – 730, без вести пропавшими – 749.

На рассвете 20 сентября полк, смененный после боя 10-м гренадерским Малороссийским полком, отошел к месту расположения своего обоза и расположился биваком на западной опушке Прогоновского леса, где начал приведение себя в порядок и выяснение потерь. Пополнение рот офицерами было произведено немедленно по возвращении полка из боя, так как в ротах не осталось ни одного офицера. Для пополнения была взята часть офицеров учебной команды и почти все офицеры маршевого батальона. В последнем осталось по одному офицеру на роту.

В 6.40 21 сентября была передана телефонограмма: Сибирскому полку к 14 часам 21 сентября сосредоточиться за 183-м Пултусским полком в лощине восточнее отметки 104 для новой атаки. По пути туда подразделение было несколько раз обстреляно из гаубиц, затем возникла путаница с дорогами, направлением движения, часть подразделений заблудилась. Повсюду царила паника, неразбериха, приведшие к смешению частей, отдаче ложных приказов и другим проблемам. Вечером, когда полк, наконец, занял определенные ему позиции, было получено указание от начальника дивизии:

**

*«9-му гренадерскому полку оставаться на занимаемом месте, составляя резерв пултуссцев».*Позднее оно было дополнено распоряжением оставаться в резерве.

22 сентября около 2 часов астраханцы и фанагорийцы ушли в Прогоновский лес, а пултуссцы – на присоединение к своей дивизии. Сибирцы остались на месте, перейдя в распоряжение командира 405-го Льговского полка. До вечера полк оставался в готовности к возможному продолжению наступления, но около 21 часа было приказано отойти в Прогоновский лес, где ожидать распоряжений о дальнейшем движении. Смена была закончена в 23.50, после чего подразделение вернулось к своему старому биваку, затем в полном составе выступило к колонии Либенштат, куда и прибыло в 7.45 23 сентября.

В течение 23–25 сентября 1916 года Сибирский полк через колонию Либенштадт, фольварк Соловин выступил на новую позицию: фольварк Линевка (включительно) – острог Сосновый (исключительно), сменив на ней 95-й пехотный Красноярский полк.

1 октября командующий Особой армией генерал Гурко приказал ударным корпусам (XXV, I Туркестанскому, I армейскому, I и II гвардейским) начать артиллерийскую подготовку предстоящей атаки с тем, чтобы закончить ее в течение двух дней. XXV корпусу приказывалось овладеть Затурценским укрепленным плацдармом и лесом к западу от колонии Липинов. Утром 3 октября части поднялись в атаку, которая не принесла результатов. Сибирский полк не участвовал в наступлении, ограничившись усиленной разведкой в направлении деревни Малый Порск, проведенной 3 октября. В ней принимали участие 2-я рота, два взвода 10-й роты и 120 человек пеших разведчиков. Разведчики дошли до неприятельской проволоки, но были обнаружены противником и обстреляны, после чего отошли. На левом фланге полковые разведчики обнаружили несколько проходов в нашей проволоке шириной около 8 саженей, через которые прошли накануне неприятельские разведчики, захватившие наш секрет.

В ночь на 8 октября полк был сменен на позиции 12-м гренадерским Астраханским полком и отошел в дивизионный резерв, расположившись в деревне Невольное и австрийском городке к северу от деревни Переста. 10 октября дивизия сосредоточилась в районе деревни Копачевки, составив армейский резерв. Сибирский полк расположился биваком в лесу восточнее колонии Брище 1-я. 14 октября дивизия возвратилась в состав XXV армейского корпуса, полк прибыл и расположился в лесу к северу от колонии Макмиллерщизна. 18 октября состоялась сдача полка полковником Лыщинским новому командиру полковнику Антоновичу. 20 октября полк расположился в лесу к югу от колонии Матильдов. На следующий день сибирцы сменили 500-й и 497-й пехотные полки, заняв позицию от левого фланга 46-й пехотной дивизии до моста через реку Турию в Затурцы исключительно (т.е., позицию, которую полк занимал уже 13–19 сентября сего года). 28 октября, после смены астраханцами, полк перешел на восточную окраину Прогоновского леса, где составил корпусный резерв.

В ночь на 13 ноября полк снова занял позицию в районе Затурцы, где пробыл до 2 декабря. После этого части снова расположились в Прогоновском лесу. 14 декабря Сибирский полк (без двух батальонов) перешел в район высоты 123 (в двух верстах к югу от колонии Дмитровка), составив дивизионный резерв. 1-й и 2-й батальоны расположились в Наблюдательном лесу в составе корпусного резерва. 17 декабря сибирцы заняли участок от дороги колония Котлы – деревня Воля Садовская включительно до дороги Шельвов – Затурцы включительно. Там полк пробыл в позиционной войне до конца 1916 года.

К началу 1917 года 9-й гренадерский Сибирский полк (полковник А.Т. Антонович) состоял в 1-й бригаде (генерал-майор В.И. Гаврилов) 3-й гренадерской дивизии (генерал-лейтенант А.И. Березовский) XXV армейского корпуса (генерал-лейтенант Л.Г. Корнилов) Особой армии (генерал от инфантерии П.С. Балуев) Западного фронта. Полк располагался в районе деревни Воля Садовская Луцкого уезда Волынской губернии.

В декабре новый исполняющий должность начальника штаба ВГК генерал Гурко провел реорганизацию 16-батальонных дивизий. Считая их неповоротливыми, он приказал за счет дивизий корпуса сформировать дополнительную 12-батальонную дивизию, выполнявшую роль подвижного резерва и способную за короткое время сосредоточиться на угрожающем направлении. Из состава Сибирского полка на укомплектование 1-го полка сводной дивизии XXV корпуса вывели: 2-й батальон полка под командой полковника Посникова; 4-ю и 10-ю гренадерские роты; по одному взводу от 1-й и 2-й пулеметных команд «Максим»; из нештатной команды разведчиков – по 6 разведчиков в каждую роту; из команды связи – 20 телефонистов и 13 конных ординарцев в команду конных разведчиков; 10 конных разведчиков – в 1-й полк сводной дивизии.

12 января были распущены поротно нижние чины 1, 2-й и 3-й маршевых рот (всего 318 нижних чинов) и переменный состав учебной команды (всего 51 нижний чин). Расформирована команда конных ординарцев, входившая в состав команды связи. Все ее нижние чины были переведены в команду конных разведчиков. Выделено на сформирование команд конных разведчиков в 605-й пехотный полк – 10 и в 10-й гренадерский Малороссийский полк – 12 конных разведчиков полка. 2-й батальон полка, переименованный в 1-й батальон 605-го пехотного полка, ушел в Серничковский лес на формирование 605-го пехотного полка. Ввиду фактического перехода полка к трехбатальонному составу и выделения 2-го батальона, было приказано 4-й батальон именовать 2-м с соответствующим переименованием всех его рот.

В ночь на 16 января полк был сменен на позиции 12-м гренадерским Астраханским полком и отошел в состав дивизионного резерва в районе колонии Дмитровка. За 30 дней стоянки полка на позиции у деревни Воля Садовская (с 17 декабря по 15 января) полк потерял: убитыми – 12 нижних чинов, ранеными – 88 нижних чинов, контужеными – 16 нижних чинов. Ежедневно для работ по укреплению позиции в полках боевой линии выделялось 6 рот.

В ночь на 30 января полк сменил на позиции Малороссийский полк, приняв от него траншейные орудия, и заняв участок от дороги Шельвов – Затурцы (исключительно) до высоты 108,4 (включительно). На пополнение полка в январе прибыли три маршевые роты 264-го пехотного запасного полка: 136/132, 138/141 и 141/144 – всего 676 нижних чинов.

К началу февраля 1917 года Сибирский полк занимал позицию к северо-востоку от Шельвова. На 1 февраля в 12 строевых ротах полка состояло 1304 штыка и гранатчика. Всего в полку: нижних чинов строевых – 3393, нестроевых – 192. Офицеров – 82, врачей – 2 и классных чиновников – 3.

Дни проходили в позиционной борьбе, периодически происходили вылазки разведчиков и взаимные обстрелы из бомбометов, временами причинявшие сибирцам существенные потери. Единственный относительно крупный бой произошел 8 февраля. Между 3 и 4 часами утра партия разведчиков в 42 человека под командой подпоручика Арванити прибыла на участок 12-й роты. В 4.10 партия отборных разведчиков в 11 человек (1 старший унтер-офицер, 7 младших унтер-офицеров и 3 ефрейтора) в белых халатах вышла из секрета на левом фланге 12-й роты (участок № 4) и направилась к секрету противника. Перед заграждениями они были встречены сильным гранатометным огнем противника, но, пользуясь узкими проходами между неплотно сдвинутыми рогатками, разведчики прошли через заграждения и бросились в секрет. Ворвавшись туда, они стали бросать гранаты по убегающему противнику, но будучи контратакованными, вернулись в свои окопы. Одновременно партия разведчиков в 20 человек под командой подпоручика Комлева вышла из окопов на стыке 6-й и 7-й рот и, подползши к неприятельской проволоке, попыталась ее резать. В то же время часть разведчиков открыла огонь ручными гранатами по секрету противника. Бой закончился безрезультатно, проделать бреши в неприятельских заграждениях не удалось, как и захватить пленных.

12 февраля во исполнение приказа по армии было решено подготовить к выделению по 50 нижних чинов от каждого батальона на сформирование ударного отряда дивизии. Размещение отряда было назначено при обозе 1-го разряда Сибирского полка.

В ночь на 17 февраля полк был сменен на позиции 11-м гренадерским Фанагорийским полком и отошел в дивизионный резерв. Вечером 26 февраля командир полка полковник Антонович уехал в отпуск, во временное командование полком вступил полковник Головин.

За февраль полк потерял на позиции под Шельвовом (с 1 по 16 февраля) убитыми – 8 нижних чинов, ранеными – 387, из них трое остались в строю, контужеными – 1 нижний чин, который остался в строю.

.

1 марта 1917 года Сибирский полк находился в дивизионном резерве. Всего в полку насчитывалось: нижних чинов строевых – 3356, нестроевых – 226. Офицеров – 70, врачей – 4 и классных чиновников – 5.

В ночь на 4 марта полк сменил 10-й гренадерский Малороссийский на позиции в районе Шельвова. 6, 8, 11 марта позиция обстреливалась сильным ружейным и бомбометным огнем. За период стояния на позиции с 3 по 17 марта убыло из полка: убитыми – 13, ранеными – 51 и контужеными – 3 солдата. Захвачено пленными 8 австрийцев. В ночь на 18 марта полк был сменен Фанагорийским полком и отошел в армейский резерв в район высоты 120,4. 29 марта вернулся из служебной командировки и вступил в командование полком полковник Антонович.

В ночь на 4 апреля полк сменил 10-й гренадерский Малороссийский на позиции на участке от дороги Шельвов – Затурцы (включительно) до высоты 108,4. В ночь на 7 апреля полк**сменил правый боевой участок лейб-гвардии Преображенского полка и освободил участки трех правофланговых рот 12-му гренадерскому Астраханскому полку. В течение 8–12 апреля на фронте полка шли ружейные, пулеметные и минометные перестрелки. 14 апреля русская артиллерия открыла ураганный огонь по тылу противника снарядами особого назначения (химическими). В ответ немцы открыли огонь по участку 1-й роты, который причинил значительные повреждения и убыль в людях. 14–15 апреля была проведена смена рот на боевых линиях. Следующие дни прошли в периодических перестрелках и артналетах.

В ночь на 20 апреля состоялась смена Сибирского полка частями Фанагорийского полка. Подразделение отошло в дивизионный резерв, расположившись в районе высоты 123 и Шельвовского леса. За период нахождения на позиции с 5 по 20 апреля полк потерял убитыми – 5, ранеными – 53 (из них остались в строю 4) и контужеными – 5 солдат. Офицер ранен – 1 (остался в строю). На укомплектование полка за месяц прибыло 7 офицеров и 3 маршевых роты, одна в 244 штыка, вторая – 108 и третья – в 218.

2 марта 1917 года в 18 часов временно командующий Сибирским полком был вызван в штаб дивизии. В 20 часов в землянке офицерского состава при штабе полка начался музыкальный вечер. В 22 часа в собрание вошел командующий полком и объявил всем господам офицерам о совершившемся в России государственном перевороте.

Образовался Временный комитет, который принял правление страной в свои руки. Временно командующий полком приказал завтра же объявить всем солдатам о перевороте и разъяснить им важность совершившегося момента. 5 марта был получен приказ Особой армии с манифестами Николая II об отречении его и сына Алексея от престола и манифест Великого князя Михаила, принявшего корону и передавшего свою власть Исполнительному комитету до открытия Учредительного собрания. 9 марта был объявлен приказ по Военному ведомству об отмене статей 99–102 и 104 Устава внутренней службы об отмене наименования «нижний чин» и об отмене титулования с заменой формой обращения: «господин генерал», «господин поручик» и т.п. После обнародования печально известного приказа Петроградского совета № 1 волна насилия над офицерским составом накрыла Русскую армию, еще вчера отличавшуюся своей сплоченностью и взаимным уважением солдат и командиров. Трагедия развала армии коснулась и Сибирского полка, но, к счастью, не нанесла урона взаимоотношениям солдат и офицеров. В отличие от большинства частей XXV корпуса, у сибирцев ни один офицер не покинул полк.

18 марта командир полка объехал батальоны и команды и вел беседы о предстоящей присяге Временному правительству и о современном положении дел в России. На следующий день состоялась церемония присяги. В 14 часов полк выстроился на опушке Шельвовского леса у развалин колонии Дмитровка. Полковой священник отслужил молебен и сказал несколько слов о революции в России. Затем командиром полка было провозглашено громкое «Ура!» за успех трудной и ответственной работы нового правительства. Полковой оркестр играл «Марсельезу». Полк дал клятву верой и правдой служить новому правительству, и началось целование святого креста, Евангелия и полкового знамени.

21 марта в 12 часов состоялось общее собрание офицеров полка для выбора офицерского комитета. Председателем собрания был единогласно избран командир полка, а секретарем – заместитель начальника связи подпоручик Рущинский. 22 марта состоялись выборы в солдатский комитет. На следующий день в землянке офицерского собрания прошло первое заседание солдатских депутатов полка. Единогласно было постановлено: «Собранию именоваться «Советом солдатских депутатов 9-го гренадерского Сибирского полка». Председателем был избран подпоручик Рущинский, его товарищем – поручик Гордика, секретарем – поручик Юхнов, а его помощником – подпоручик Хищенко.

С 1 по 5 мая 1917 года полк оставался в резерве, в ночь на 5 мая сменил малороссийцев на участке позиции от северной опушки Шельвовского леса до высоты 121,9. В ночь на 20 мая сибирцев снова сменили фанагорийцы. Полк отошел в резерв, расположившись в районе колонии Дмитровка. За май полк потерял за время стоянки на позиции (с 5 по 20 мая) убитым – 1 солдата, ранеными – 13 солдат, контуженым – 1 офицера и 2 солдат. 30 мая прибыл новый командир полка полковник А.М. Оржешковский. В тот же вечер подразделение выступило в Прогоновский лес (Пожарки), где должно было сменить 608-й пехотный Олыкский полк. В этот период в полку начались первые брожения и отказы солдат выполнять приказы. Только по прибытии командира корпуса генерала Болотова, начальника дивизии генерала Березовского и командира бригады генерала Гаврилова вопрос удалось уладить. К 1 июня в полку состояло налицо: 79 офицеров, 4 врача, 5 классных чиновников, 1 священник, 2699 строевых и 167 нестроевых солдат.

3 июня Главнокомандующий Юго-Западным фронтом, генерал Гутор, отдал директиву для наступления войскам фронта на львовском направлении. Однако летнее наступление прошло в непрерывных митингах, заседаниях комитетов и в непрекращающихся уговорах командиров своих солдат и комиссаров.

1 июня Сибирский полк был передан в распоряжение начальника 46-й пехотной дивизии и подчинен командиру бригады той же дивизии генерал-майору Катаеву. Полку было приказано оборонять участок позиции от ручья южнее деревни Семеринки до Владимирского хода на южной окраине колонии Жарки и деревни Богуславская. 4 июня XXV корпус был назначен в резерв Главнокомандующего Юго-Западным фронтом. В ночь на 5 июня полк сдал обороняемый участок и отошел в Хорохоринский лес, где расположился в землянках и палатках. В ночь на 6 июня полк выступил через Прогоновский лес в деревню Литва. Там подразделение пробыло до 24 июня, в основном проводя время в бесконечных заседаниях, совещаниях и митингах.

В ночь на 25 июня полк выступил по маршруту: деревня Гарзвин – Скури – колония Михайловка – Михлин – Угрюмов – Злочевка. Из-за большой протяженности перехода (36 верст) и падения дисциплины, последние роты прибыли в пункт назначения только 28 июня. В ночь на 29 июня полк снова выступил по маршруту: Михайловка – Грабовец – Зербень – Глубокая Долина – высота 120,2 – Теслугов в деревню Большие Жабокрики, куда прибыл около 22 часов. 30 июня полк через Малое Ситно и Крыжи перешел в село Подзамче, где встал квартир-биваком.

Прорыв неприятеля на реке Серет и подготовка к контратаке

К 1 июля 1917 года в 12 строевых ротах Сибирского полка состоял 1401 штык, всего в полку числилось 2929 солдат. 3 июля было получено распоряжение о переходе из села Подзамче в деревню Башуки Алексинской волости Кременецкого уезда Волынской губернии. Перейдя русско-австрийскую границу, полк прибыл на место в 21.05, разместившись по халупам и сараям.

С рассвета 6 июля на западе была слышна отдаленная канонада. Рано утром по телефону из штаба дивизии было передано приказание: быть готовыми к выступлению и выслать разведку в направлении к деревне Подбережце. С этого времени 3-я гренадерская дивизия вошла в состав V Сибирского стрелкового корпуса. Противнику удалось прорвать участок корпуса на фронте Звыжин – Баткув – Харбузув и продвинуться до Мендзягуры – Ратышче. Части 6-й Сибирской дивизии отошли на линию Грабарка – молочная ферма Маркополь – Маркополь, за рекой Серет, что между Ратышче и озером Заложце. 3-й гренадерской дивизии с частями 6-й гренадерской дивизии ставилась задача удерживать участок вдоль реки Серет, от устья реки Граберка до Заложского озера и ударом со стороны Ратышче на Бродский лес поддержать атаку генерала Козановича на Звыжинский участок. 9-й гренадерский Сибирский полк должен был вместе с 6-й гренадерской дивизией удерживать участок вдоль реки Серет от левого фланга 10-го гренадерского Малороссийского полка, до двора Турчинув (включительно), для поддержки атаки малороссов на Ратышне выделить батальоны по моему особому приказанию.

Ввиду того, что не был еще окончен обед, сборы затянулись и полк выступил около 12 часов. При входе в деревню Гая-Ростоцке были встречены первые беглецы 6-й гренадерской дивизии, уверявшие, что вся их дивизия уничтожена и остались лишь ничтожные кучки. Далее численность этих группок росла. На перекрестке дорог происходила невероятная путаница. Смешались бегущая пехота, отходящие обозы, артиллерия, меняющая позиции. Полк благополучно миновал это место и по скрытым подступам двинулся к деревне Гае-за-Рудим. Дорога была пустынной, и только при въезде в деревню встретился командир 1-й батареи 3-й гренадерской артиллерийской бригады Родзянко, который сообщил, что в Гае-за-Рудим находится начальник и штаб 6-й гренадерской дивизии. Полк был остановлен в лощине, а штаб полка проехал вперед. Начальник 6-й гренадерской дивизии генерал-майор Дубинин ознакомил командира полка полковника Оржешковского с обстановкой и посоветовал вместо того, чтобы идти в Подбережце, занять лес к западу от деревни Гае-за-Рудим, так как цепи противника на противоположном берегу Серета уже приближались к реке, а впереди нашей пехоты не было. Командир полка приказал 1-му и 2-му батальонам развернуться вперед. 3-й батальон остался в Гае-за-Рудим.

Последний бой сибирцев

Было уже около 18 часов. Развернувшись, словно на учении, 1-й и 2-й батальоны во главе с самим командиром пошли к лесу и, благополучно пройдя его, заняли окопы на западной опушке. Здесь была получена боевая задача: оборонять все переправы от деревни Ратышче до местечка Заложце Нове. Для обороны последней пришлось двинуть туда 3-й батальон. Еще раньше туда же с целью разведки были выдвинуты команды пеших разведчиков и ударная. Очевидно, Заложце Нове, если и была занята, то самыми незначительными партиями противника, так как они сейчас же отошли за реку и, в свою очередь, перешли к обороне. С наступлением сумерек в обозе Заложце начались пожары, а затем взрывы. Это были подожжены интендантские и артиллерийские склады. Вечером была установлена справа связь с Малороссийским полком.

Командующий 1-й батареей 3-й гренадерской артиллерийской бригады капитан Родзянко так описывал эту последнюю в истории полка атаку: «6 июля 1917 года, проходя в составе 1-го дивизиона 3-й гренадерской артиллерийской бригады через деревню Гае-за-Рудим для дальнейшего следования в деревню Ратышче в распоряжение полковника Рубца, я был остановлен начальником 6-й гренадерской дивизии, который приказал выделить из состава дивизиона 2 батареи, которым [следовало] спешно занять позиции у деревни Гае-за-Рудим, оборонять участок от местечка Заложце до деревни Чистопады. По словам начальника 6-й гренадерской дивизии на этом участке не было ни одного пехотного солдата. Узнав, что через деревню Гае-за-Рудим проходит 9-й гренадерский Сибирский полк, направляющийся в деревню Подбережцы, начальник 6-й гренадерской дивизии вызвал командира полка и ознакомил его с обстановкой. После чего Сибирский полк, развернувшийся на западной окраине Гае-за-Рудим под огнем легкой артиллерии противника, занял переправы и окопы на восточном берегу реки Серет, закрыв, таким образом, образовавшийся было прорыв в нашем расположении. Наступавшие цепи противника были остановлены сибирцами и начали окапываться на западном берегу Серета. Считаю, что лишь благодаря доблестным сибирцам, свято исполнившим свой долг перед Родиной, наступление противника было остановлено, что дало возможность остальным частям дивизии подойти и укрепиться на восточном берегу Серета».

Положение полка было крайне тяжелым: на протяжении не менее 20 верст русских частей не было. После полуночи правее сибирцев стал Малороссийский гренадерский полк с очень слабым составом штыков, еще правее – 11-й гренадерский Фанагорийский полк (в составе только одного батальона). Сибирский гренадерский полк перешел в наступление в 4.20 и к пяти часам отбросил противника за переправы реки Серет, занял позиции от Ратышче до Колтунов, а далее – до Заложце Нове. В самый критический момент прорыва, то есть с 4 часов утра и почти до полуночи на месте ликвидации прорыва был только один Сибирский полк. Особенно тревожной оставалась обстановка на левом фланге полка со стороны Ренюва. Из всего XXV корпуса только он до конца сохранил боеспособность и позволил ликвидировать прорыв у Ратышче – Заложце.

Сразу несколько нижних чинов разведчиков полка отличились в этом бою и позднее были представлены к награждению Георгиевскими крестами. К примеру, старший унтер-офицер команды конных разведчиков Ефим Савинов

«в бою 6 июля 1917 года у деревни Ратышче, местечка Заложце Нове добровольно вызвался в разведку. Задолго до соприкосновения пеших частей полка с австро-германцами и огневого действия был включен в качестве старшего в передний дозор. Доблестно выполнил возложенную на него задачу под действительным огнем тяжелой артиллерии и в продолжение боя под пулеметами точно и правильно доносил командиру и головным частям полка об обстановке, благодаря отличной работе его, полк без потери и скрытно занял исходное положение, получив исчерпывающие сведения, которые могла дать разведка. С развитием боя, когда выяснилось, что левый фланг полка обложен, Савинов вызвался охотником проникнуть в местечко Заложце Нове, что выполнил незамедлительно, определив силу и наличие противника, своевременно сообщив о том, что слева полку грозит опасность быть обойденным. При исполнении своей ответственной задачи в непосредственном соприкосновении с противником, продолжая наблюдать и посылать донесения до полных сумерек и до подхода пехоты».

Это был последний бой сибирцев за более чем двухсотлетнюю историю ратной службы. Потери полка за июль составили: солдат убитыми и умершими от ран – 5, ранеными – 48, контужеными – 3 (из них 2 остались в строю), больными – 79, офицеров умершими от ран – 1, ранеными – 2 (из них 1 остался в строю). Всего убыло убитыми, ранеными и контужеными 59 человек.

С 8 по 19 июля 1917 года Сибирский полк оставался на позициях в районе реки Серет, после чего был сменен**Фанагорийским полком и отошел в корпусный резерв в деревню Серетец. В ночь на 29 июля полк занял позиции в районе деревень Гатышче и Заложце Нове. В ночь на 5 августа снова отошел в дивизионный резерв в деревню Серетец, а в ночь на 14 августа вернулся на прежние позиции. В ночь на 19 августа сибирцы снова отошли в резерв в деревню Мышковцы. 26 августа полк перешел в село Подлиски. К 1 сентября в полку числилось 2854 солдата и 107 офицеров. Убыло за август 1917 года солдат: убитыми и умершими от ран – 5, ранеными – 46, контужеными – 1, больными – 67, самовольно отлучившимися – 9.

В ночь на 26 октября произошел государственный переворот, перечеркнувший историю великой страны. После этого события самовольное оставление солдатами своих частей приняло массовый характер, а после заключения большевиками сепаратного договора о перемирии с Германией 2 декабря начался уже повальный отток солдат с фронта. Пользуясь развалом, руководство Украинской народной республики заявило о своих правах на имущество полков и дивизий Юго-Западного фронта. В декабре по представлению генерального секретаря Центральной рады по военным вопросам Симона Петлюры, начальником штаба 11-й армии стал один из инициаторов создания украинских вооруженных сил, начальник штаба 1-й украинской дивизии подполковник Н.А. Капустянский.

22 декабря полковой комитет Сибирского полка утвердил избрание командиром полка полковника Головина вместо покинувшего подразделение в ноябре полковника Оржешковского. Головин стал последним командиром полка.

К началу 1918 г. 9-й гренадерский Сибирский полк входил в состав 3-й гренадерской дивизии, XXV армейского корпуса 9-й армии. В январе начался отвод вглубь России частей, не подлежащих «украинизации». Среди них был и XXV армейский корпус, который грузился на эшелоны на станциях станции Волочиск и Войтовцы. В первых числах апреля 1-я гренадерская бригада 3-й гренадерской дивизии вернулась к месту своей постоянной дислокации. 6 апреля 1918 года полк в полном составе во главе со своим командиром и полковыми знаменами вернулся в город Владимир.

18 мая 1918 года Исполнительный комитет Владимирского губернского совдепа, постановил немедленно расформировать 9-й гренадерский Сибирский полк, 10-й гренадерский Малороссийский полк, 82-й пехотный запасной полк и 215-й пехотный запасной полк. Так закончилась**более чем 200-летняя история 9-го гренадерского Сибирского Великого князя Николая Николаевича (старшего) полка – одного из старейших полков Русской императорской армии, зародившегося еще на заре Петровской эпохи преобразований, верой и правдой стоявшего на защите Монаршего престола и своего благословенного Отечества, вписавшего Имя Свое золотыми буквами на скрижали военной истории России.